Ознакомьтесь с нашей политикой обработки персональных данных
  • ↓
  • ↑
  • ⇑
 
Записи с темой: линкольн барроуз (список заголовков)
20:15 

Самоволка

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Самоволка
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Сиквел к фанфику "Холондый ветер Чикаго"; Het Self-insertation, Fluff, Romance
- Персонажи и пейринги: ЛиТа: Линкольн Барроуз\Таня Колесниченко (я) , а также Дон Селф и оригинальные персонажи второго плана
- Рейтинг: PG-13
- Сеттинг: 4х01
- Содержание: Будучи в Чикаго Линк не мог не увидеть Таню
- Статус: законченно
- От автора: Что может быть романтичней поцелуя под дождем?
Этот фик мой подарок на днюху себе любимой.


I want to heal; I want to feel what I thought was never real
I want to let go of the pain I’ve felt so long.
Erase all the pain till it’s gone
I want to heal; I want to feel like I’m close to something real.
I want to find something I’ve wanted all along
Somewhere I belong


- Я должен ее увидеть, Майкл. Слушай, я ненадолго отойду…
- Нельзя, Линк! Не ходи никуда.
- Ты приехал сюда из-за Сары, брат! Ты-то должен меня понять. Я себе не прощу, если будучи в Чикаго ее не увижу.
- А если тебя засекут, сделаешь плохо и себе и ей!
- Не засекут! Не первый день в бегах. Я наблатыкался уже. Прикроешь меня, если что?
- Прикрою.… Куда ж я денусь? Как в детстве в приюте.
- Точно!
- Только, Линк, у тебя меньше двух часов. Потом приедет Селф отвезти меня в клинику. Он не должен видеть, что ты уходил.
- Вернусь вовремя. Как раз к ужину.

Смеркалось. Я возвращалась домой с работы под моросящим дождем. Зонт доставать не хотелось. И дождь покалывал мое лицо холодными иголочками капель.
Повернув за угол к своему дому, я скорее прежде почувствовала, что происходит что-то нехорошее, чем увидела. Остановилась через улицу, открывая сумку на тот случай, если придется воспользоваться газовым баллончиком.
Налетевший порыв ветра донес до меня обрывок громкого спора.
- Ты так спешил сюда, а теперь хочешь быстрей уехать? Пытался сбежать? Или работаешь на кого-то еще? С кем ты должен был встретиться?
- Начальник, ты уже взял меня. Взял! Так поехали! Чего ты кота за хвост тянешь?
От этого хрипловатого гортанного голоса меня ударило током. Все еще не веря, я вглядывалась в сумерки размытые дождем, пытаясь разглядеть споривших.
Стоят у машины, четверо. Двое в стороне. Один из говоривших высокий блондин в пиджаке. Я вижу его лицо. Не узнаю, не знакомо. Его собеседник, стоявший ко мне боком…
Сердце пропустило удар, еще до того, как осознала, кого вижу. А губы уже шептали: «Линкольн… Линк».
- Ладно, поехали! – Произнес блондин.
Один из стоявших в стороне обогнул машину и сел за руль.
Линк развернулся, неестественно держа руки перед собой. В какую-то секунду он заметил меня. Остановился, глядя на меня в упор, не отрываясь. Блондин подтолкнул Линка в спину, к машине. А я смотрела в его глаза. Мысли путались от волнения. И я пыталась понять, что означает происходящее.
Линк сделал шаг к машине, и отрицательно покачал мне головой, как бы говоря: «Нет!»
Но поздно, я уже бежала к Линку через улицу.
Я успела увидеть, как Линк оттолкнул в сторону блондина сжатыми замком руками. Другой, еще не успевший сесть в машину, рванулся к Линку, но получил от него удар локтем в челюсть.
Линк бежал мне навстречу. А блондин кричал: «Не стрелять!» Я слышала его голос как сквозь вату. Только потом дома, сжимая в трясущихся пальцах чашку с горячим чаем, и вспоминая события этого вечера, я поняла, что Линк на бегу пытался заслонить меня от людей с оружием.
Линк обнял меня за шею, накинув кольцо закованных в наручники рук. Я обхватила его за торс.
- Маленькая! – Прошептал он мне в ухо.
Губы Линка нашли мои. Я скучала по его обветренным губам с терпким вкусом. А сейчас у нашего поцелуя был вкус дождя.
- Отойди от нее, Барроуз! – Прокричал блондин. – Три шага назад! На колени! Руки за голову!
- Начальник, дай же ты с женщиной попрощаться! Не будь зверем, начальник! – Прокричал в ответ Линк, не оборачиваясь, и все еще закрывая меня своей спиной от них.
Блондин помедлил несколько секунд.
- У тебя пять минут, Барроуз! Время пошло!
Линк целовал мое лицо. Висок, уголок глаза. Потерся щекой о мои волосы.
- Детка, прости меня! Прости… Я не хотел, чтоб так вышло! Я только хотел увидеть тебя, перед тем, как снова уеду. Я так соскучился.
- Линк, что случилось? Почему? Тебя же оправдали!
- Ой, детка… Мы в такую переделку попали в Панаме, до сих пор разгрести не можем. Думали, уже все закончилось. Так нет. Но Майкл знает, что делать. Мы справимся. Завтра уезжаем. Надо одно дело сделать, иначе в тюрьму обратно загремим.
Догадка, такая простая в своей естественности, даже не удивила меня.
- Майкл? Его-то не оправдали?
Линк только кивнул.
Я обняла его крепче, потерлась лицом о его щеку.
- Я как услышала в новостях, что тебя оправдали - всё ждала, что ты позвонишь.
- Я не мог, детка. Прости. Слишком много людей пострадало. Я боялся, что и с тобой может что-нибудь случится. Не был уверен, что телефон не прослушивается. Хотел сам приехать тебя увидеть, а видишь, как вышло. Чёрт! Все, кто мне дорог постоянно попадают под удар. – Линк попытался прижать меня к себе сильнее, но руки, лишенные свободы, не слушались.
- Барроуз, время вышло! – прокричал блондин.
Линк снял с моей шеи хомут скованных рук. Взял мою руку в свои большие ладони. Погладил своими шершавыми пальцами мою прохладную ладонь. Поднес к губам, поцеловал. А я обняла его свободной рукой за шею. Гладила по голове, стряхивая капельки дождя. Линк держал мою руку у своего лица, согревая ее своим горячим дыханием. Я касалась кончиками пальцев его губ.
Тяжело ступая по мокрому асфальту, к нам подошел блондин.
- Дурак ты, Барроуз! Привел нас к своей женщине. А если б ты Компанию к ней привел? Об этом ты подумал? Все могло закончиться гораздо хуже!
- Она со мной поедет! – Выкрикнул ему в ответ Линк.
- Я не имею права брать в операцию гражданское лицо, и повергать опасности. – В его голосе звучали нотки раздражения.
- Присмотри за ней, начальник! – Линк больше не кричал. – Достанем мы тебе ту Сциллу, и Химеру к ней в придачу. Ты только присмотри за ней, Селф. Я же тебя как человека прошу.
Селф перевел взгляд с Линка на меня. Покачал головой, как будто что-то взвешивая. Достал бумажник из кармана пиджака. Протянул мне продолговатый кусочек белого картона. Визитная карточка.
- Меня зовут Дон Селф. Я агент МВД. Здесь мои координаты, включая номер моего личного сотового. Если что-нибудь случится, пусть даже что-то незначительное, сразу свяжитесь со мной. Даже если вам только покажется, что происходит что-то не то, звоните мне. – Я взяла карточку. – Ты мой должник, Барроуз!
- Спасибо! – Кивнул Линк.
- Прощайтесь!
- Детка, мне пора… - Линк попытался погладить меня по волосам. Железное кольцо наручника стукнуло меня по лбу. – Ой! Прости, маленькая! Эти штуки… - Линк чмокнул ссадинку на лбу. – Мне пора. – Повторил он. – Ты береги себя, ладно. Я вернусь, как только мы все закончим. Это ненадолго. А потом все будет по-другому. Все будет хорошо.
Капли дождя, стекающие по моему лицу, прятали от Линка мои слезы.
- Детка! – Линк заглянул мне в глаза. - А я с твоим ножом в Панаме автобус угнал! – Он улыбнулся озорной улыбкой.
Нож. А я и забыла про него. Но автобус? Эта новость отвлекла меня от нашего расставания своей неожиданностью.
- Боже! Линк! Зачем тебе автобус?
- Нужно был вырубить электричество. Я врезался на автобусе в электрический столб.
Линк говорил как подросток, похваляющийся своим хулиганством.
- Я даже не хочу спрашивать, зачем тебе это понадобилось.
- И тебе совсем не любопытно?
- Нет. – Я кокетливо улыбнулась и покачала головой.
Мне стало так тепло на душе, и так неожиданно весело. Исчез ком в горле. А Линк внезапно превратился из угрюмого парня, пойманного полицией (или кто они там), в большого озорного хулиганистого ребенка. Я его таким еще не видела. И от этого он мне стал еще роднее.
- Я скоро вернусь! – Своими огромными ладонями Линк стирал с моего лица капельки дождя вперемешку со слезами. – Береги себя!
- Я тебя жду, Линк! Будь осторожен.
- Я буду скучать. – Линк провел кончиком языка по губам.
- Я уже скучаю. – Я взяла его скованные наручниками запястья в свои ладошки. Линк наклонился и поцеловал меня. Его руки, зажатые меж наших тел, коснулись моей груди. Казалось, через одежду я чувствовала горячий жар его пальцев.
Селф, стоящий рядом то ли кашлянул, то ли крякнул.
- Он уже нервничает. – Прошептала я, отрываясь от Линка.
Но Линк не хотел меня отпускать. Его забавляло злить Селфа.
- Поехали, Барроуз! – Крикнул, не выдержав, Селф.
Линк отпустил меня.
- Счастливо, детка! Держись! Я скоро буду! - И побрел к машине.
Селф открыл заднюю дверь машины. Линк, кряхтя от неудобства лишенных свободы рук, забрался на заднее сидение. Селф сел рядом.
Выехав с парковки, водитель развернул машину. Проезжая мимо меня, Линк помахал мне рукой в окно. Поднятая рука короткой цепью наручника потянула за собой вторую…

Октябрь 2008

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз, ЛиТа, Self-Insertation

20:19 

Будем жить (Раненный зверь)

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Будем жить (Раненный зверь)
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: Требую лишить компанию Фокс прав на Линкольна Барроуза, на основании того, что с ним жестоко обращаются, и подвергают физическому насилию. Готова взять над Линкольном опекунство.
- Категории: Сиквел к фанфику "Холондый ветер Чикаго"; Het Self-insertation, Fluff, Romance
- Персонажи и пейринги: ЛиТа: Линкольн Барроуз\Таня Колесниченко (я); медсестра Элла (RPF)
- Рейтинг: PG-13
- Содержание: Узнав о ранении Линка, Таня не смогла не прилететь в Майами.
- Статус: законченно
- Посвящение: Аллочке (медсестра Элла). Благодаря ее профессиональным знаниям мой фик стал правдоподобным и достоверным. Спасибо также за поддержку в трудные дни переживаний за здоровье и благоприятный исход для Линка.
- От автора: Сцены с ранением Линкольна вынесли мне душу. От вида его страдающего, окровавленного, несчастного мне рвало сердце. Этот фик – отражение моих переживаний и волнений, смешанных с надеждой, и радостью от его спасения.


I need to feel your heartbeat
so close
feels like mine


Я закрыла глаза, стараясь не расплакаться. Терла переносицу, чтобы прогнать слезы. В голове все еще звучал искаженный телефонной связью голос Сары, который говорил, что в Линка стреляли. Прислонившись лбом к холодному стеклу иллюминатора, я вслушивалась в рев моторов, желая, чтобы он заглушил мои мысли.
- Милочка, вы боитесь летать? – Я открыла глаза. Рядом со мной сидела пожилая леди. – Хотите, я поменяюсь с вами местами?
- Спасибо. Все в порядке. Я не боюсь летать.
- Тогда в чем же дело?
- Мой парень в больнице. – Голос предательски дрогнул.
- Какое несчастье! – Проговорила пожилая леди. – Но все будет хорошо! Хотите успокоительных капель?
Выпив капли, предложенные соседкой, я провалилась в тяжелый сон без сновидений.

Мне хотелось бежать по длинным коридорам больницы, чтобы поскорее добраться до нужного отделения, но тяжелая дорожная сумка оттягивала руку, и не давала идти быстрее. Я и не помнила, что второпях напихала в нее, собираясь в дорогу.
Работая в больнице, я не задумывалась о том, каким страшным может быть это место. Как ужасно прийти сюда не на работу, а к близкому человеку.
Стеклянная матовая дверь медленно открылась, пропуская меня в отделение. Пост медсестры. Сидящая за ним девушка в зеленой форме хирургического отделения говорила по телефону. По-русски.
- Извините…
- Я перезвоню. – Медсестра положила трубку, и подняла на меня глаза.
- Я ищу Линкольна Барроуза.
- Мы к нему еще не пускаем. Он только недавно из операционной.
Почему не пускают? Может, с Линком плохо? Сразу нахлынули страшные мысли.
- Мне бы на минуточку увидеть Линкольна… Пожалуйста… На секундочку… Чтобы знать, что с ним все в порядке.
- Приходите хотя бы через час. Вот и родственники пациента сразу после операции уехали. Вернуться через несколько часов. Они вам не сказали, что к вашему больному сейчас нельзя?
– Я из другого города приехала… – Голос звенел от слез. - Сразу с самолета сюда, в больницу, чтобы его увидеть. Я вас очень прошу…
- А вы ему кто? – Спросила меня медсестра. Я замялась. Действительно, кто я? Что ей сказать? – Жена? – Я отрицательно покачала головой.
- Ладно, это неважно. – Она помолчала с минуту, что-то обдумывая. – Пойдемте, но ненадолго.
- Спасибо вам! Как вас зовут?
- Элла.
- Большое вам спасибо, Элла! – Я подхватила свою сумку, и пошла за медсестрой.
Снова длинный коридор вдоль ряда палат.
- Как Линкольн? – Спросила я, пока мы шли.
- Ха! Богатырь! – Элла улыбнулась. – Сам дышит. Искусственную вентиляцию легких отключили сразу после операции. Катетер вынули. Зонд вынули. Герой.
Да, это мой Линк! Он живым с электрического стула встал. Что ему какая-то пулька…
Но на самом деле я лишь старалась бодриться, пока страх за Линка разъедал мне душу.
Элла открыла дверь в палату, пропуская меня вовнутрь. Линкольн лежал на больничной койке, прикрытый синим казенным одеялом. Я сразу не заметила приборов и капельниц, а только его невыносимая бледность больно резанула мне глаза.
Я сделала несколько шагов к кровати, тихо ступая, чтобы не потревожить Линка.
- Подойдите лучше с этой стороны. – Остановила меня медсестра. – У него с правой стороны дренаж.
Я обошла кровать. Монитор у изголовья выдавал кривые кардиограммы, давления и сатурации, и тихо пикал. Его монотонный размеренный звук означал, что все в порядке.
- Он без сознания? – Спросила я. Глаза Линкольна были закрыты.
- Был в сознании после операции. Сейчас спит.
Но лицо Линка не было спокойным, каким обычно бывает лицо спящего человека. Оно было напряженно, на лбу залегли морщины.
- Ему больно?
- Он получает обезболивающее.
- Но ему все равно больно?
Элла кивнула в ответ:
- Он же только после операции. И у него дренаж между ребер. Ему каждый вздох причиняет боль.
Я положила свою прохладную ладонь Линку на горячий, в испарине лоб.
- Милый, не дыши глубоко. – Сказала я так, будто он мог меня слышать. - Делай маленькие редкие вздохи. Будет легче.
- Наоборот. – Ответила мне медсестра. – Он должен дышать глубоко, чтобы легкое раскрывалось. Это больно, но так надо.
Я кивнула.
- Как скажите. Мы ведь хотим побыстрее поправиться.
Я провела ладонью по бледному лицу Линкольна, по небритой щеке, подбородку. Коснулась кончиками пальцев губ.
- У него пересохли губы. – Сказала я медсестре. – Можно ему попить?
- Пить не желательно. Но можно смочить губы. Я принесу вам специальный шпатель.
- Спасибо.
Выходя из палаты, Элла обернулась.
- Не переживайте вы так. – Проговорила она. – Самое страшное позади. Ваш друг поправится. Все будет хорошо.
Я смотрела на моего Линкольна, обычно такого сильного, а сейчас такого беспомощного на этой больничной койке, и мое сердце щемило от боли за него.
Я продолжала гладить Линка по лицу. Мне хотелось прикасаться к нему. Поправляла одеяло. Мне так хотелось сделать что-то, чтобы облегчить его страдания. Чтобы ему было хоть чуточку комфортнее и легче.
Не удержавшись, я наклонилась, и поцеловала Линка. Провела языком по его пересохшим запекшимся губам.
Линкольн открыл глаза. Поморгал несколько раз, приходя в себя.
- Детка?
- Я. – Я терлась лицом о его небритую щеку.
Линк попытался обнять меня правой рукой. Но вскрикнув от боли, тут же опустил ее.
- Чёрт! Хренова трубка!
До этого момента я старалась не давать воли всем волнениям и переживаниям этого страшного дня. Но наблюдая, как лицо Линка исказила гримаса страданий, я не смогла сдержаться. Слезы брызнули из глаз. Я рыдала в голос, смешивая свою боль за Линка со страхом о того, что могло случиться самое ужасное, радость от того, что он жив с со своей беспомощностью хоть как-то помочь ему.
А Линк, путаясь левой рукой в трубках системы внутривенного вливания, стирал своими шершавыми пальцами слезы с моего лица, и повторял:
- Маленькая, чего ты? Ну чего ты, детка?

Июнь 2009

@темы: ЛиТа, Self-Insertation, Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз

20:29 

С Днем Рождения, Линкольн!

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: С Днем Рождения, Линкольн!
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: Все персонажи принадлежат FOX. Но, может они согласятся отдать мне Линка в добрые руки?
- Категории: Alternate Universe + Fluff Gen
- Персонажи и пейринги: ЛиТа: Линк\Таня (я), Майкл, Сара, Эл Джей, Лиса, Эдриан, Фернандо, Марикруз, Дерек, Мария, Беллик, Ника, Альдо, Джейн, Абруцци и его адвокат, Пол, Денни, Дэвид, Дебра, Вероника, Ник, Чарльз, Ти-Бэг и его русская студентка. А также Дон Селф в роли официанта, и Бил Ким в роли бомжа.
- Рейтинг: PG
- Предупреждения: Все живы, здоровы и счастливы. Джен позитивный до неприличия.
- Статус: законченно
- От автора: Согласно отчету об аресте Линкольна Барроуза, он родился 5 декабря 1969 года.
Сегодня у Линка День Рождения. И мне захотелось подарить ему праздник.
Саундтреком к этому фику я выбрала композицию Nightwish "Last of the Wilds". К сожалению, у этой мелодии нет слов, которые можно было бы утащить для эпиргафа.

Холод зимнего чикагского вечера заволакивал город.
Линк нервничал. Топтался у входа в подъезд нашего кирпичного дома. Сжимал и разжимал кулаки. Одинокие снежинки падали на его непокрытую бритую голову. Несмотря на холод наступившей рано зимы, Линк не застегнул куртку.
- Милый, что? – Взяла Линка за руку. Погладила его большую шершавую ладонь своими тонкими пальчиками. Провела рукой по рукаву кожаной куртки.
- У тебя пуговица оторвалась на манжете! – Дыхание на морозном воздухе превращалось в пар.
- Давно уже. – Ответил Линк. – Не знаю, где потерялась.
Он нервно потер голову.
- Опаздываем мы уже! Майкл уже едет, а мы еще не выехали!
- Не опоздаем! Без нас не начнут! - Я уткнулась лицом в грудь Линка. Шерстяной джемпер, что я подарила ему сегодня утром, немного покалывал щеку.
- Не замерзла? - Линк сгреб меня в охапку, прижимая к себе плотнее.
Я отрицательно покачала головой, и от моего движения джемпер закололся сильнее.
Подъехала машина. Из нее кто-то вышел, гулко хлопнув дверцей.
- Привет, папка! – Услышала я голос Эл Джея.
- Привет, парень! – Не выпуская меня из объятий, Линк обнял свободной рукой сына.
- С Днем рождения! – Эл Джей, освобождаясь от отцовских объятий, протянул Линку черный пакет “Sephora”.
Линк растерянно поднял брови.
- Ой! Спасибо! А что это?
- Это афтер шейв!
- Правда? – Линк превратился из огромного крепкого грубоватого мужчины в ребенка, радующегося подарку.
- Да! – Эл Джей радовался реакции Линка. – Это Van Cleef. Я сначала хотел другой купить. Но Эдриан сказал, что такому солидному мужчине подойдет именно этот.
- Ну раз Эдриан сказал… - Линк потер своим огромным кулаком щеку Эл Джея.
- Да ладно тебе, папка! – Эл Джей легонько толкнул Линка в плечо.
Лиса просигналила Линку из машины.
Линк наклонился к окну со стороны пассажирского сидения.
- С днем рождения, Линк! – Проговорила она.
- Привет, Лиса! Спасибо!
- Линк, я тебя прошу, не давай Эл Джею пить пиво!
- Какое пиво, Лиса?! – Линк поднял брови, изображая искренность. Не умеет он врать. Мне было понятно, и Лисе, наверняка, тоже, что сегодня Эл Джею предстоит пить за отцовское здоровье.
- Ладно! – Недоверчиво проговорила Лиса. – Счастливо вам погулять! – Она завела мотор.
- Поехали и мы! – Принялся подгонять нас Линк. – Поехали-поехали! Опаздываем! Майкл, наверно, уже там.

Майкл и Сара действительно уже ждали у входа в ирландский паб Фадо припоздавшего именинника. К ним успели присоединиться Фернандо и Марикруз. Холодный зимний ветер хозяйничал на улице. И наши гости зябко ежились, и пританцовывали.
Припарковав машину на Кларк, мы направились к пабу через Гранд авеню. Первой нас увидела Сара. Она помахала нам рукой. Толкнула в бок Майкла, увлеченного беседой с Фернандо.
Увидев нас, Сукре запел на всю улицу “Happy Birthday”, приветствуя Линка. Ему вторила Марикруз. Майкл и Сара тоже подхватили. Они фальшивили, и пели невпопад, перемешивая песню со смехом.
У входа в паб мы еще долго обнимались, бурно выражая радость встречи. Линк принимал поздравления и пожелания. Пакеты с подарками почему-то отдавали мне.
- Люди добрые, помогите бывшему сотруднику спецслужб! – Бомж азиатской наружности, одетый в старый рваный плащ грязного цвета решил испортить нам праздник своим появлением.
Майкл не глядя на него полез в карман за бумажником. Протянув ему десятидолларовую банкноту, он посмотрел в лицо просящего. Рука Майкла, сжимающая деньги повисла в воздухе.
- Ким?!
Ким и Майкл ошарашено смотрели друг на друга.
- Ах ты, гадина! Ну я тебе сейчас покажу! – Выступивший вперед Линк засучил рукав с оторванной пуговицей.
Но Ким уже скрылся в переулке, убегая.
Появление Кима дало новую тему для разговора. Парни на ходу обсуждали его печальную судьбу, сходясь во мнении, что он это заслужил.
Мы уже заходили в паб, когда Линка окликнул бегущий через дорогу Дерек. За ним, переваливаясь с ноги на ногу, семенила располневшая после третьих родов Мария.
- Еле успел! – Линк с Дереком обнялись.
В Фадо мы расселись за рыцарским столом в углу, уже накрытым для нас.
- Доброго вечера! Меня зовут Дон, и я ваш официант! – Дон хоть и блондин, не был похож на айриша. Возможно, он ирландец, но с такой внешностью в ИРА его бы точно не взяли.
- Пива нам! – По-хозяйски начал Линк. – Детка, ты что будешь?
Я оторвала глаза от меню.
- Может, остальных подождем? Или будем уже заказывать?
- Детка, я голодный. – Линк смущенно улыбнулся. – Давай уже закажем. Остальные придут на запах.
- Хорошо. Тогда я буду Смитуикс. Пинту.
- Я тоже буду Смитуикс! – Линк принялся пересчитывать гостей. – Один, два, три, пять, семь… Малому пинту много. Сара… Значит, семь по пинте Смитуикса, и одну пол пинты.
- Хотите чейсеры? – Спросил Дон, записывая заказ в блокнот.
- Да! Обязательно! Джеймсон. Детка, будешь?
Я отрицательно покачала головой.
- Значит, тогда четыре чейсера.
Фернандо утвердительно кивнул головой.
- Пять.
Марикруз помахала рукой, показывая, что тоже будет чейсер.
- Шесть.
- Семь бокалов Смитуикса по пинте. Один пол пинты. Шесть чейсеров Джеймсона. – Повторил заказ Дон.
- Дон, для меня безалкогольный Уорстайнер, пожалуйста. – Добавила Сара.
- Может лучше сок? – Спросил Майкл, обнимая Сару за плечо.
- Сегодня же праздник! – Улыбнулась Сара. – Гуляем.
Около двух месяцев назад Сара сорвалась. Она снова начала пить. Ей даже удавалось скрывать это Майкла целых три недели. Пока в один вечер, не дождавшись Майкла поздно с работы, она не пошла в бар. Крепко выпив, Сара поскользнулась и упала в туалете. У нее началось кровотечение. Ее увезли на скорой помощи в больницу, куда из офиса и приехала Майкл. Сара потеряла ребенка, о существовании которого еще даже не знала. Сейчас она снова проходила терапию, и посещала группы АА. На удивление, она очень хорошо держалась, поражая нас с Линком силой своего духа.
Дон отошел от стола, направляясь к бару, передать заказ.
- А ну стой! – Крикнул ему вдогонку Линк. – А покушать?!
Дон вернулся.
- Так-с! – Линк провел кончиком языка по губам. – Куриные крылышки. Чипсы. Грибы с беконом и чеддером…
- Фермерский салат. – Добавила я.
- Фермерский салат. – Повторил Линк. – Корнбифф. Сосиски…
Пока мы с Линком делали заказ, наши гости, положившись на наш вкус, болтали и смеялись, находя веселые темы для разговора.
- Может, вы хотите Дублинское блюдо? – Услужливо спросил Дон. – Картофельный пирог с сосисками и кусочками тушеной баранины?
- Нет. – Возразила я. – Лучше Пастуший пирог.
Дон записал.
- Что-то еще?
- Еще ребрышки! – Подхватился Линк. – Что-нибудь забыли? Да! Соленья! Вроде все.
Дон облегченно вздохнул.
- Ваш заказ займет около получаса.
Вошедшие в паб Бред и Ника оглядывались в поиске нашего стола. Я помахала им рукой, вставая с места.
- Привет, Беллик! – Линк протянул Бреду руку.
- С Днем рождения, босс!
- Иди ты, Беллик! Какой я тебе босс?! – В шутку огрызнулся Линк, обнимая Бреда за плечи.
- Мы же не на работе! – Подхватил Дерек.
Уже полгода Бред работал в порту с Линком и Дереком.
Ника протянула Линку пакет с подарком.
- С Днем рождения!
- Спасибо, Ника! Садитесь!
Ника села напротив Майкла. Он и так сразу напрягся при ее появлении. А теперь нервно ерзал на стуле.
Ника, одетая в обтягивающие кожаные брючки и топик цвета фуксии, несмотря на зимний холод, и Бред в клетчатой ковбойской рубашке не выглядели парой. Так казалось людям, которые их не знали. Бред безумно любил Нику. Настолько сильно, что даже его мама ее полюбила. А настрадавшаяся в этой жизни Ника отвечала ему взаимностью. Возможно лишь потому, что истосковалась по теплому к себе отношению. Бреду было этого достаточно.
- Мне нужно в дамскую комнату. – Я встала со стула. Линк тоже встал, пропуская меня, и давая выйти из-за стола. – Девочки, кто со мной?
- Я! Мне тоже нужно! – Марикруз перелезла через сидящего Фернандо.
- Там такой гам стоит, не поговорить нормально. – Сказала я Марикруз в туалете. – Как дела вообще?
- У нас все супер! – Марикруз как обычно вся светилась от позитива. – У Фернандо хорошо идут дела в его винном магазине. Он хорошо зарабатывает. Правда выплата ссуды съедает изрядную часть. Я хотела устроиться на работу. Нашла вакансию в торговом центре. В Чикаго Плейс. Но няня для Лилы дорого стоит. А Тереза мне помогает только изредка. Вот как сегодня, например. Фернандо не хочет отдавать малышку в детский сад. С другой стороны, это тоже недешевое удовольствие. - Марикруз улыбнулась. - Но на самом деле, все это ерунда. Главное, что мы вместе, и у нас все хорошо!
- Конечно, милая! – Я обняла Марикруз.
Пока мы отлучались, подошли Алекс и Пэм.
- Извините, что опоздали! – Говорил Алекс, пожимая всем руки и здороваясь. – Камерон понял, что мы собираемся уходить, и никак не хотел укладываться спать.
- Он становится немножко капризным и ревнивым. – Добавила Пэм. Ее свободный свитер уже не скрывал округлившегося живота. Они с Алексом ждали еще одного сына. В их семейной жизни началась новая глава. И беременность Пэм стала ее счастливым продолжением.
- Это нормально! – Мария, наша заслуженная мама, по праву считалась экспертом по всем детским вопросам. – Наши так дерутся, что весь дом вверх дном. А в садике старший младшую защищает.
Пэм села рядом с Марией, и они продолжили свой разговор. Мария уже было заскучавшая, заметно оживилась, говоря о своих детях. К их беседе присоединилась и Марикруз.
- Эй! Парень! – Окликнул Линк проходящего мимо Дона. – Еще четыре пинты пива!
- Мне не нужно, Линк. Я же сейчас не пью. – Сказала Пэм.
- А! Ну да! – Линк нахмурил брови. – Все равно неси четыре! – Сказал он Дону. – Не пропадет!
Дон и еще два официанта принесли на огромных подносах наш заказ. Расставляли кружки пива и блюда с едой на столе.
Майкл подсел ближе к Линку.
- Мне звонил Чарльз. – Начал он.
- Правда? Я пробовал несколько раз ему дозвониться, оставлял сообщения. – Проговорил Линк.
- Чарльз поехал в Юту, откапывать свою заначку. – Продолжал Майкл. – Оказалось, что ранчо, где он зарыл свои миллионы, снесли. И соседние тоже. А на их месте построили массив коттеджей. Деньги Чарльза оказались под гаражом одной дамы, Жаннетты. Так Чарльз живет у нее уже третью неделю, и, кажется, не собирается уезжать вовсе.
- Чего в жизни не бывает! – Линк потер бритую голову.
- А как его дочка? – Вмешалась в разговор я.
Мне ответила Сара.
- Последняя проверка тумор маркеров показала неплохие результаты. Если при следующей проверке результаты будут такими же, ее выпишут из больницы.
- Чарльз хочет, чтобы она приехала к нему в Юту. У Жаннетты тоже есть дочь. – Добавил Майкл.
Линк опрокинул в рот чейсер виски.
- Ух! – Запил пивом.
- Я, пожалуй, не буду. – Майкл отодвинул свой чейсер в сторону.
- Дай сюда! – Линк взял его рюмку. – Детка, хочешь?
- Неа. - Я отрицательно покачала головой.
- Алекс?
- Хорошая идея! – Алекс взял чейсер из рук Линка. – Твое здоровье! – Опрокинул чейсер в рот.
- Я смотрю, у вас тут веселье идет полным ходом!
Мы и не заметили, как в паб вошел Альдо.
- С днем рождения, сын! – Линк с Альдо обнялись. – Джейн велела тебе кланяться!
- А где она сама?
- У нее заказ. Не смогла прийти.
- Неугомонные вы шпионы! – Проговорил Майкл, обнимая отца.
- Это секрет моей молодости!
Линк с Майклом переглянулись. Секрет молодости их отца был на самом деле в его женщине, которая была ровесницей Линку.
- А где мой самый младший сын? – Альдо обнял Эл Джея.
- Привет, Альдо! – Эл Джей называл его по имени. Молодящийся Альдо не хотел, чтобы взрослый внук называл его дедом.
- Линк! – Майкл окликнул брата. – Смотри, кто сидит у стойки.
Линк посмотрел в зал, куда указывал Майкл. У стойки сидела двое мужчин в костюмах. Они ослабили галстуки. Успели уже изрядно выпить.
- Пол Келлерман собственной персоной. – Проговорил Линк. – Пойду его приглашу.
- А стоит? – Майкл схватил вставшего со стула Линка за рукав.
- А почему нет? Пусть выпьет с нами. – Линк улыбнулся. – Мы ему не дадим вести наше шоу, брат! – Линк похлопал Майкла по плечу. – Детка, пойдем пригласим тех парней! – Линк указал мне на сидящих у стойки. – Я их знаю. Выпьем вместе.
Подойдя к стойке, мы услышали обрывок разговора.
- Пол, пойми ты, так нельзя! – Говорил один. Он бы полноват и слегка неуклюж. Казалось, что вот-вот он свалится с барного табурета. – Ты же свою жизнь из-за нее гробишь!
- Отстань, Денни! Не учи меня жизни! – Отвечал Пол. – И вообще, не твое это дело.
- Приходи к нам с Эллисон в воскресенье на обед. Эллисон пригласит Одри. – Не унимался Денни.
- Я тебя когда-нибудь убью за твою назойливость! – Проговорил Пол. Увидев, что Денни перестал улыбаться, он добавил: – Шутка!
- Привет, парни! Пол! – Поздоровался Линк, когда мы подошли к ним.
- О! Барроуз! – Пол протянул Линку руку. – А ты как здесь?
- Праздную День рождения! Присоединяйтесь.
- С удовольствием! – Пол ловким движением спрыгнул с высокого барного табурета.
- Пол, может, мы уже домой поедем? – Канючил Денни, сползая с табурета на пол, и кряхтя.
- Денни, ты зануда! – огрызнулся Пол.
- Пошли, Дэнни! – Линк хлопнул его по плечу. – У нас весело!
- Извините, я, пожалуй, домой уже поеду. Меня жена ждет.
- Передавай Эллисон привет! – Пол улыбнулся.
- Пол, подумай все же насчет воскресенья!
- Денни, веди осторожно машину, и постарайся не нарваться на полицию.
Денни обиженно крякнул. И пошел к выходу.
Вернувшись к нашему столу, Линк был встречен криком Дэвида:
- Йоу! Именинник!
Дэвид протянул Линку сжатый кулак вместо руки, приглашая поздороваться по-рэперски.
Линк не по злобе, а шутки ради стукнул Дэвида по кулаку своим огромным кулаком чуть сильнее, чем надо. И Дэвид пихнул сам себя локтем в бок.
- Утопленник, йоу! – Активная жестикуляция Дэвида при разговоре была красноречивей его слов. - Я тебе написал в подарок рэп!
- Потом исполнишь! – Линк толкнул Дэвида, усаживая его на стул. – Мы еще не дошли до нужной кондиции!
- Дэвид, а кто это? – Я указала рукой на стоящую в стороне стройную девушку, смущенно переминающуюся с ноги на ногу.
- Эта моя девушка. Дебра.
- А почему она там стоит? Изгойские у тебя привычки, Дэвид! – Я помахала Дебре рукой. – Дебра, иди к нам! Садись!
Было видно, что Дебра стесняется, и чувствует себя неуютно. Я усадила ее рядом с Дэвидом.
- Что вы пьете?
- Текилу. – Ответил Дэвид.
- Вы же в ирландском пабе!
- Йоу! Так текилы не будет? – Руки Дэвида произвели жест, описывающий разочарование.
- Боюсь, что нет.
- Мы пива попьем. – Проговорила Дебра, и взяла неугомонные руки Дэвида в свои.
- Таня! – Окликнул меня Линк. - Смотри, кто пришел! – Линк обнимался с Абруцци.
Джон в костюме и в дорогом пальто выглядел шикарно. Высшая лига. Было видно, что дела у него идут как нельзя лучше.
Абруцци протянул Линку пакет с логотипом Lester Lampert. Наивный Линк, не подозревая о том, что этот логотип означает, взял у Джона пакет.
- О боже! Джон! – Проговорила я, тяжело выдохнув.
- Что такое, детка? – Спросил Линк.
- Что такое? – В один голос с Линком спросил Абруцци.
- Я пытаюсь представить, что в этом пакете! – Я указала на него пальцем.
- А вы посмотрите! – Абруцци заговорщически лукаво улыбнулся.
Линк достал из пакета коробочку с надписью “Bausele”.
- Часы? – Спросила я.
Абруцци кивнул.
- Джон, ты с ума сошел? Мне такие даже некуда носить! – Проговорил Линк, захлопывая коробочку.
- Найдешь куда носить! Я не знал, что тебе подарить. Сильвия посоветовала часы.
- А почему она не пришла? – Спросила я.
- Сильвия дома с детьми. – Абруцци удивил мой вопрос: ведь порядочная итальянская жена не ходит по пабам.
- Джон! – Майкл протянул Абруцци руку.
- Майкл! – Джон ответил на рукопожатие. – Никогда не догадаешься, с кем я на днях говорил!
- И с кем же? – Заинтересовался Майкл.
- С Теодором Бэгвелом! – Абруцци выдержал театральную паузу, ожидая вопросов.
- И где он теперь? – Любопытство Майкла пересилило неприязнь к этому человеку.
- Ти вернулся на родину в Алабаму. – Рассказывал Абруцци. – И познакомился там с русской студенткой. Живет теперь с ней.
- И как? – Проявил и свое любопытство Линк.
- Учеба его подруги стоит недешево. А с работой у Ти неважно. – Абруцци пожал плечами.
- Не удивительно при его прошлом. – Проговорил Майкл со злостью.
- Но у него масса идей по поводу бизнеса. – Продолжал Джон. – Я даже подумываю дать ему ссуду.
- Неужели? – Майкл уже не скрывал раздражения.
- А почему нет? Ти шустрый и борзый. Брось его связанным в воду – он вынырнет с рыбой в зубах. Уверен, что Ти преуспеет. Это может стать хорошим вложением.
- Если он снова не загремит на нары. – Съехидничал Майкл.
- Не каркай! – Абруцци рассмеялся.
Держась за руки, в паб вошли Вероника и Ник. Они растерянно оглядывались, пытаясь найти нас. Заметив их, Майкл прервал разговор с Джоном, и пошел им на встречу.
Подойдя к нашему столу, Вероника отпустила руку Ника.
- С Днем рождения, Линк!
- Здорово, что ты пришла!
Линк обнял Веронику. Ревность острой холодной иглой уколола меня в сердце.
- Ник! – Линк протянул ему руку.
- С днем рождения!
Майкл радовался встрече с Вероникой:
- Как дела? Ты там же Bianchi and Guthrie?
- Да. Работаю там же. В сфере недвижимости. Получила небольшое повышение, и прибавку к жалованию. – Отвечала Вероника, улыбаясь. – А еще я волонтер в Проекте «Правосудие» вместе с Ником. Может, когда-нибудь поменяю сферу деятельности совсем.
Обратив внимание, что Майкл встал из-за стола, Пол подсел к Саре.
- Привет, Сара! – Пол подарил ей самую обворожительную из своих улыбок.
- Привет, Пол! – Тихо проговорила Сара. И тут же замолчала. Пол выжидал, но Сара продолжала молчать.
- Знаешь, Сара, Лэнс по тебе скучает.
При упоминании о Лэнсе Сара улыбнулась.
- Передай Лэнсу, что я почти каждые выходные пеку черничный пирог.
Пол убрал с лица Сары прядь рыжих волос. Покрутил кончик пряди между пальцев. Поймав на себе взгляд Майкла, Сара убрала волосы назад, забирая прядь из рук Пола.
В ответ Пол лишь взмахнул ресницами, и надул губы. Продолжать делать обиженный вид ему помешал телефонный звонок.
- Алло! – Пол приложил трубку к уху. – Да, Керолайн… Нет… Я в пабе… В пабе, говорю. На дне рождении у Линкольна Барроуза… Пьяный… Не сошел с ума… Просто пьяный… Ну и что?.. А я не на работе… Иди к черту, Керолайн! – Пол захлопнул крышку телефона. Снова грустно взмахнул ресницами, продолжая ласково улыбаться Саре.
Эл Джей сидел в углу, уткнувшись в экран мобильника. Он мужественно пытался справиться с пол пинтой Смитуикса. Но она никак не хотела сдаваться. Линк подсел к нему.
- Что делаешь? Пишешь сообщения своей панамской подружке?
Эл Джей спрятал телефон в карман.
- Ну передавай ей привет! – Линк похлопал сына по плечу. – Хотя та, что по-французски знала, мне больше нравилась.
- Линк, не лезь к парню. – К ним подошел Альдо. – Разве я тебе когда-нибудь говорил, с кем гулять.
- Кто б тебя послушал?!
Альдо рассмеялся в ответ.
- У меня тост! Можно? – Я встала со стула. Подняла пивную кружку уже отпитую до половины.
Все замолчали, ожидая моего тоста. И только Дэвид продолжал что-то говорить Майклу, увлеченный собственным рассказом.
- А я ему говорю: «Йоу, мужик…!»
Линк дал Дэвид легкий подзатыльник.
- А ну тихо будь!
- Йоу, извини! – Дэвид взмахнул руками.
- Линк, милый! – Я не люблю говорить перед публикой. И сегодня утром дома я уже сказала Линку все, что хотела. Но сейчас, когда мы праздновали и веселились, мне захотелось, чтобы ему сказали что-то хорошее и доброе. И раз молчали его отец, брат и сын, значит, я скажу Линку то, что согреет его душу в этот холодный декабрьский день, в который он родился. - Линк, как же все-таки здорово, что ты родился! - Начала я. - Потому что теперь я могу быть с тобой. А ты самый лучший человек, которого мне довелось знать. Ты замечательный. Ты сильный и смелый. У тебя внутри железный стержень, который держит его личность, не давая сломаться. Тебя сука-жизнь изрядно побила. Ты падал, но находил смелость и силы подняться. А ты не ожесточился и не очерствел. Остался по-настоящему хорошим человеком. Ты надежный, хороший и добрый. Ты настоящий мужик. – Линк сосредоточенно вглядывался в мое лицо, вслушивался в каждое слово. А его глаза, такие добрые и родные, они блестели каким-то волшебным блеском. А может они блестели от скупых мужских слез, которым Линк не давал брызнуть наружу. – Милый, сука-жизнь которая до сих пор тебя не жалела, стала к тебе добрее. Закончились навсегда все кошмары и ужасы. У тебя чудесный сын. У тебя великолепный отец. И самый лучший на свете брат. У тебя замечательные друзья, которые тебя любят. Сука-жизнь наконец-то начала тебе улыбаться. И я тебе желаю, чтобы так всегда продолжалось. Чтобы в твоей жизни не было больше черных полос. Я бы хотела пожелать тебе счастья. Но я знаю, что сделаю все на свете, что ты был самым-самым счастливым! Я люблю тебя, Линк!
Я протянула Линку свою пивную кружку, предлагая чокнуться. Но вместо этого он обхватил меня своими огромными руками, прижимая к себе в неистовых объятьях. Я пыталась найти кружкой стол. Кто-то взял ее из моих рук. Я обняла Линка за шею. Гладила кончиками пальцев его бритый затылок. Губы Линка нашли мои. Наш поцелуй со смешанным вкусом виски, пива и сигарет, сводил меня с ума. Заставляя терять сознание, и забыть про паб и про гостей. Открывая мне, что в мире существуем только я и Линк, которому сегодня исполнилось 39.

Декабрь 2008

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз, ЛиТа, Self-Insertation

20:42 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
15:03 

Прикосновение рук

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Прикосновение рук
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Angst, POV
- Персонажи и пейринги: ЛиСа: Линкольн\Сара
- Рейтинг: PG-13
- Статус: законченно
- От автора: Я увидела ЛиСу именно такой.

Сара, ты видела фильм «Фрида»? Помнишь, как Диего Ривера, пойманный Фридой на супружеской измене, говорит ей: «Даже в рукопожатии больше чувства»? А ведь, правда!
Сколько чувства может быть в рукопожатии! Сколько чувства может быть в легком прикосновении руки! И ты это знаешь, Сара! Ты это знаешь. Именно поэтому ты хранишь воспоминания об этих прикосновениях. Эти прикосновения помнят твои пальцы. Их помнит твое сердце.

- У вас есть вопросы по предстоящей процедуре?
Визит доктора обязателен перед казнью. До нее всего несколько часов. Ты аккуратно подбираешь слова, разговаривая со смертником.
- Когда подадут ужин? Куда поведут потом? Как будут затягивать ремни?- Линкольн хмурит брови. Не хочет знать, как все будет, и что его ждет. - Думаете, мне это поможет?
Ты не знаешь, что ему ответить. Точно также, как не знала, что сказать умирающему в больнице. И это не от того, что ты слаба. Просто нет на свете слов, которые бы помогли и утешили.
- Некоторым так легче… - Единственное, что ты смогла сказать. Предположить, что кому-то описание казни поможет справиться со страхом неминуемого конца жизни.
Линкольн не отвечает. Не хочет продолжать этот разговор. Не хочет знать, какой дорогой смерть придет к нему. Он не смотрит тебе в глаза, стараясь не выдать своего страха перед пугающим «навсегда».
- Как Майкл?
Тебе кажется, что больше, чем собственный уход, его страшит то, что брат останется совсем один.
- Стремился вас увидеть. К сожалению, это станет возможным лишь на последнем свидании.
Линкольн сжимает в замок свои длинные сильные пальцы. Пытается спрятать от тебя их дрожь.
- Одна просьба. – Он поворачивает к тебе голову. Он должен видеть твое лицо.
- Да? Какая? – Ты готова выполнить любую его просьбу. Так ты сможешь справиться с чувством беспомощности перед чужой смертью.
- Когда меня не станет… - Глубокий вздох. Линк тяжело произносит слова. Он не привык просить. Никого и никогда. Но сейчас у него нет выбора. – Вы присмотрите за братом?
Теперь Линк смотрит тебе в глаза. Ты молчишь. Ничего не отвечаешь. Ком в горле лишает тебя возможности произнести слова обещания. Но ему не нужен ответ. То, что он увидел в твоем взгляде, то, что ты не смогла скрыть, стало ему ответом.
- Присутствие доктора обязательно, так что я буду рядом.
Зачем ты говоришь это? Чтобы его приободрить? Чтобы он почувствовал, что будет не один на своем пути в пугающее «навсегда»? Чтобы знал, что не останется наедине с разрядом тока, несущим смерть? Какое слабое утешение!
- У вас это все уже было?
Линкольн спрашивает не просто так, не из любопытства. Он смотрит на твои ладони, зажатые меж коленок. Слышит, как дрогнул твой голос.
- Нет.
Ты чувствуешь себя совсем растерянной и беспомощной. Что ты можешь ему сказать, если эта казнь для тебя первая, как и для Линкольна. И хоть для него она станет последней, а для тебя лишь профессиональным опытом, он чувствует твое смятение. И тогда Линкольн, идущий на смерть, хочет успокоить тебя. Он не ищет у тебя защиты от страха. Вместо этого он только хочет защитить тебя. И ты поражена его силой. Его внутренней силой, неподвластной страху неизвестного, но неминуемого.
Ты касаешься руки Линкольна. Ты хочешь прикоснуться к этой силе. Хочешь напиться ее. А он принимает это за жест жалости. И он благодарен тебе за этот жест. Ведь его так мало кто жалел, даже сама сука-жизнь. Манжет рукава твоего синего гольфа трется о наручники. Почему то тебе казалось, что его огромные ладони ледяные от холода карцера. Но они обжигают твои тонкие пальцы своим теплым жаром. Их согревает огонь, бушующий внутри него. Огонь, который даже ожидание смерти не может погасить. Огонь, который и сама смерть не погасит.

- Все будет хорошо! - Линкольн стоит рядом. Неуклюже мнется. Ему неловко. Ему неуютно от присутствия Пола. Он не доволен тем, как Майкл все решил.
Линкольн растерянно поджимает губы, пытаясь найти слова, чтобы сказать тебе что-то доброе.
- Все будет хорошо! - Это так банально звучит. Но так давно никто тебе не говорил этого. И хочется, чтобы кто-то, такой вот сильный, как он, сказал тебе, что все будет хорошо. И ты бы поверила. Ты бы сразу поверила.
- Тебе видений!
Серебристый поезд. Майкл и Пол, обманувшие проводника, садятся в вагон. Вместе организуют поездку в Чикаго. Майкл, которому ты открыла дверь на свободу. Пол, который пытал тебя в ванной. Вместе. А чего ты ждала от Майкла? Что он убьет Пола? Изобьет? Покалечит? Утопит, в конце концов, к чертовой матери?! Чего ты ждала? А что бы стал делать Майкл, если бы Пол тебя все-таки убил?
- Мы используем его, а там.… А там – к чёрту!
Не то. Совсем не то, что тебе нужно сейчас услышать. Этот простой неуклюжий парень не все понимает. Но он пытается приободрить тебя. Он так хочет, чтобы ты почувствовала себя лучше. Он такой искренний и честный. И это не может не трогать твое сердце. И от его слов, пусть даже не от тех, что нужны сейчас, тебе становится теплее на душе. Когда-то ты аккуратно подбирала слова, сидя в одиночной камере, провожая его на казнь. А теперь он, видя как тебе тяжело, хочет вернуть тебе долг сочувствия и доброты. Он и сам не понимает, как много для тебя значит то, что он просто остался стоять с тобой на перроне.
Линкольн поправляет кепку. Тяжело вздыхает. Садится рядом.
- Прости, что мы втянули тебя в это. Для нас очень важно, что ты нам помогаешь. Спасибо!
Просил ли Майкл прощения? Говорил ли он «Спасибо»? Нашел бы он тебя, позвал бы, если б ты не понадобилась ему снова? Ты пытаешься затолкать эту мысль в дальний угол сознания, где хранишь свои самые ужасные страхи. Но она выходит оттуда на охоту, отравляя твою душу.
Хочется убежать. Швырнуть им с лицо этот чёртов ключ! Чтоб они перегрызлись из-за него! И убежать! Далеко-далеко! И чтобы не нашли! Ни Майкл! Ни Пол! Но ты понимаешь, что, даже убежав от них, не убежишь от самой себя. Ты не сможешь убежать от того кошмара, что заполнил твою жизнь через шлюз открытой двери тюремного лазарета.
Линкольн берет тебя за руку. Легонько сжимает. Гладит твое запястье своим большим пальцем. Его прикосновение добрей и искренней любых слов. Ты снова чувствуешь горячее тепло его большой ладони. И ты хочешь, чтобы это тепло продолжало тебя согревать. Ты боишься, что он уберет свою ладонь. Ведь ты знаешь, что пока держишься за эту сильную мужскую руку, тебе не засосет круговорот кошмара, затопившего твою жизнь. Ты только не отпускай его руку. Линкольн не даст тебе утонуть. Ты чувствуешь это своим женским сердцем. Но… Ты полюбила не того брата, Сара…

Январь 2009

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз

15:18 

Мама!

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Мама!
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Angst, POV
- Персонажи: Линкольн Барроуз, Кристина Роза Скофилд, Майкл Скофилд, Вероника Донован, оригинальные персонажи, упоминание Альдо Барроуза
- Рейтинг: PG
- Сеттинг: Pre-Series; 4х17
- Статус: законченно
- От автора: Идея написать рассказ о детстве и юности Линкольна живет у меня уже давно. Но пока дальше набросков дело не пошло.
Однако меня настолько глубоко тронуло поведение Линка при встрече с матерью, что за несколько дней появился фик. Беззащитная растерянность Линка, будто вмиг рассыпалась в пыль закрывающая его душу броня, которую он создавал годами, заставила сжиматься от боли мое влюбленное в него сердце.

Любой ребенок готов любить
своих родителей всем сердцем,
несмотря ни на что.
И даже в том случае,
если родители этого не заслуживают.

Тони Парсонс

- Мама, а почему ушел папа?
- Просто кое-что изменилось, и папа перестал быть... – Мама тяжело вздыхает. – Папа перестал быть тем папой, которого ты знал всю жизнь…
- Папа меня разлюбил?
- Нет, милый! Папа тебя любит. И ты его любишь. И я его люблю. Но у папы проблемы, и он не сможет с нами жить, пока их не решит. – Мама берет со стола твою тарелку, и несет на кухню. Когда она раздражена, ее особенно злит твоя неряшливость. – Когда же ты научишься сам мыть за собой посуду?
- Ты это просто так говоришь! – Ты идешь за мамой на кухню, нарочно шаркая ногами. Ты знаешь, что ей это не нравится. – Папа меня больше не любит, а ты врешь!
- Линкольн! У папы алкогольная зависимость! Он не сможет с нами жить, пока не вылечится! – Отвернувшись, мама принялась мыть тарелку.
- Ты выгнала папу?
Детский плач из соседней комнаты, который стал слышен даже сквозь шум воды, помешал маме ответить.
- Майкл проснулся! – Наскоро обтерев руки о кухонное полотенце, мама побежала успокаивать твоего маленького брата.
Тебе не хочется ни гулять, ни играть ни во что. Ты просто сидишь на кровати в своей комнате. Папа точно больше тебя не любит, а у мамы теперь есть маленький Майкл. Слезы текут сами собой, и ты размазываешь их кулаками по щекам.
- Линкольн?
- Уходи!
- Милый, открой дверь. У меня поднос.
Ты нехотя слазишь с кровати, и открываешь дверь.
- Милый, я принесла молоко и печенье.
- Я не хочу!
- Линк, я так устала. Майкл только уснул. Можно я у тебя посижу? Попьем молока?
Ты отходишь в сторону, пропуская маму в комнату. Она ставит поднос на твой письменный стол. Ты молчишь, делая вид, что обида еще не прошла. Но на самом деле ты рад, что мама тут, с тобой. Ты любишь ее печенье, и молоко, и особенно, когда она рядом. После того, как ушел отец, ты стал бояться, что и мама тоже может уйти. Но сейчас, когда вы вместе пьете молоко, как когда-то в детстве (детством ты называешь то время, когда еще был папа), ты чувствуешь, что мама никогда никуда не уйдет.

- Мама!
Мама медленно приоткрывает глаза.
- Привет, милый! – Произносит она тихо. – Как дела? Как в школе?
- Хорошо! – Ты достаешь из кармана куртки глиняную фигурку, которую дал тебе Майкл. – Мама, тебе Майкл передал подарок. Он в детском саду слепил. Это бизон из индейских легенд. Майкл сказал, он будет тебя оберегать. Его зовут Билл.
Мама берет из твоих рук смешную фигурку, раскрашенную яркой краской. На пыльной стороне ладони гематома, след от инфузии. Билл совсем не похож на бизона, скорее гибрид коровы и верблюда. Но эта смешная фигурка заставила маму улыбнуться. Ты любишь, когда мама улыбается. В такие минуты тебе кажется, что она выздоравливает, и скоро совсем поправится.
- Что-то во рту пересохло. Дай мне попить, милый.
Ты уже научится управляться с больничной кроватью. Приподнимаешь изголовье, помогая маме поднять голову, и даешь воду через трубочку. Потом снова опускаешь кровать, поправляешь подушку. За то время, что ты находишься с мамой в палате, ты даешь ей пить бессчетное количество раз. От лекарств ее мучает жажда, и сохнет слизистая.
Ты приходишь к маме ежедневно. Всегда один. Ты боялся приводить маленького брата в больницу. Не хотел, чтобы он видел, как мама похудела, и какая она бледная. Но ты видел, как маленький Майкл очень скучает по маме. Капризничает, и просится к ней. Поделившись однажды своими сомнениями с Вероникой, ты услышал дельный совет. Темные круги под глазами скроет макияж. Купив все необходимое, Вероника сама привезла все в больницу, и даже помогла маме привести себя в порядок.
Но когда ты провожал Веронику из палаты к выходу, она расплакалась, и сказала, что больше никогда не придет в это страшное место. Почему страшное? Ведь здесь ухаживают за мамой. Врачи лечат ее. Они уж точно знают, как ей помочь. Добрые медсестры всегда находят минутку поговорить с тобой, и спросить как дела. Социальный работник мисс Лодж приносит талоны на питание в столовой для персонала. Каждый день сразу после школы ты едешь в больницу. Пока маме делают процедуры, ты обедаешь в столовой. А после обеда уносишь в кармане куртки пакетик соку, яблоко или апельсин для Майкла.
После того визита в больницу Майкл долго плакал. Его испугали приборы. Он постоянно твердил, что «у мамы болит ручка» из-за инфузии. Стал плохо спать, и звать маму по ночам. Больше брата в больницу ты не приводил.
- Мама, а где Билл? – Ты видишь, что на прикроватной тумбочке нет глиняной яркой фигурки.
- Я отдала Билла Мэгги, милый. Помнишь ее? – Ты с трудом вспоминаешь бледную девушку, лежавшую в той же палате, что и мама.
- Как же так, мама? Это ведь Майкл для тебя сделал. Это его подарок. – Тебе так хочется верить, что бизон из древних индейских легенд сможет вылечить маму, если не смогут врачи.
- Милый, Мэгги перевели в хоспис. Она умирает. Ей Билл нужнее. Ты не сердишься?
Ты берешь маму за руку. Ты можешь сидеть так часам, держа ее прохладную ладонь. Мама дремлет. Последнее время она помногу спит. Врачи говорят, это от обезболивающих лекарств. Но даже во сне мамино лицо искажается от боли. И ее боль отдается эхом в твоем сердце. Раньше ты и не знал, что бывает так больно. Ни когда расцарапал бок, и сбил локти, упав с дерева. Ни когда тебя избили мальчишки на несколько лет старше. Ни даже тогда, когда ушел папа…
- Мама… Мамочка… - Шепчешь ты. Поворачиваешь колесико на трубке инфузии, и лекарство впрыскивает быстрее. Этому тебя научила медсестра Кимберли. Мамино лицо снова становится спокойным, и она спит дальше.
Тебе хочется плакать. Но нельзя. Ты не хочешь, чтобы мама увидела твои слезы, когда проснется. А дома Майклу нужно говорить, что мама выздоравливает, и скоро вернется домой. Мама, ложась в больницу, сказала, что ты теперь глава семьи, и должен позаботиться о братике.
Через несколько дней, войдя в палату, ты видишь, что мама крутит в руках яркую смешную корову.
- Билл вернулся?
- Мне его принес отец Мэгги. Она умерла.
И в этот момент ты понимаешь, что смерть, которая забрала Мэгги, скоро придет и за мамой. И никакой Билл не поможет.

Ты смотришь на женщину, сидящую перед тобой. Элегантный светлый костюм. В детстве ты любил, когда мама нарядно одевалась. Тогда она казалась тебе особенно красивой.
У этой женщины напротив другая прическа. Макияж. Ты и не помнишь, когда мама последний раз его делала. Хотя нет… В тот день, когда ты приводил Майкла в больницу.
Морщинки вокруг глаз. Конечно. Ведь столько лет прошло. Сколько сейчас маме? 64? Ты давно уже не подсчитываешь ее возраст, вычисляя, сколько лет ей было бы сейчас.
А голос остался прежним. Тот же тихий спокойный голос. Добрый и родной. Только он мог тебя успокоить, когда ты начинал злиться и скандалить, выпуская на волю свое кипящее подростковое буйство.
Эта женщина – не та мама, которую ты помнишь. Она работает на Компанию. На тех, кто подставил тебя в деле об убийстве. На тех, кто пытался убить тебя и Майкла с момента побега из Фокс Ривер. Эта женщина называет себя матерью. А ведь для каждой матери самое главное – это ее семья. А эта женщина бросила тебя и брата двадцать три года назад, а сейчас даже не извинилась, утверждая, что от извинений нет толку.
Эта женщина, работающая на Компанию - ты так зол на нее. Бесконечно зол. За ужас похорон. За бесконечные приюты. За бремя ответственности за брата, которое оказалось слишком тяжелым для тебя. За твою бестолковую приблатненную юность. За твою несложившуюся распавшуюся семью. За неизменный страх любить, доверять, надеяться. За незаживающую рану вечной разлуки с близким человеком. За то чувство щемящей безысходной тоски, что навсегда поселилось у тебя в душе, оттого, что ты слишком рано понял, что есть в жизни вещи, которых никак не исправить.
Много лет назад, лежа без сна на жесткой кровати в приюте, ты мечтал о том, что однажды узнаешь, что смерть мамы это ошибка. Мечтал, что однажды она неожиданно приедет, и заберет тебя и Майкла в ваш дом.
Однажды ты перестал мечтать. А сейчас ты рад, что мама жива и вернулась. Ведь теплые воспоминания о ней, и том счастливом детстве, когда еще был папа, и вы были семьей, продолжают и теперь держать твою личность, не давая сломаться.
В детстве ты верил, что мама не даст ничего плохому с тобой случится, отведет беду. И сейчас ты чувствуешь, что только она может защитить тебя от охоты Кранца.
Если кто-нибудь скажет тебе сейчас, что через несколько часов мама отдаст приказ снайперу спустить курок, ты не удержишься, и ударишь обидчика, вложив в свой кулак всю боль, что накопилась за годы сиротского одиночества. «Просто немного веры» - сказал ты Майклу в тот страшный день похорон. Но для мамы у тебя есть вся вера, которая только существует в этом мире.

Апрель 2009

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз

15:58 

Израильская свадьба агента Келлермана

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Израильская свадьба агента Келлермана
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Humour + Parody
- Персонажи: Пол Келлерман, Линкольн Барроуз, оригинальные персонажи
- Рейтинг: PG
- Предупреждения: Все оригинальные персонажи - вымышлены. Сходство с реальными людьми или событиями - случайно.
- Статус: законченно
- Содержание: Пол Келлерман отправился в Израиль на поиски Линкольна Барроуза с целью найти пленку с записью разговора Керолайн с почившим в бозе Стэдмэном. Несмотря на все случившееся, Пол все еще стремится защищать Керолайн от неприятностей.
- Посвящение: manul в благодарность за идею, и вообще за дружбу.

В районе Алмазной Биржи ситуация с парковкой была крайне напряженная. Келлерман несколько раз объехал вокруг нужного ему квартала, но безрезультатно. Решил отъехать немного подальше. А вдруг повезет? И действительно. Он увидел съезд на подземную стоянку, и повернул туда.
Вахтер на входе что-то спросил. Полу показалось что-то вроде: «Вы гость?» Келлерман изучал восточные языки, арабский и иврит. Но многие местные жители говорили так быстро, проглатывая при этом половинки слов, что он частенько не все понимал.
Пол кивнул вахтеру. Тот задал еще один вопрос. Попросил что-то показать. Может талончик на парковку. Пол раздраженно спросил:
- Ма од? [1]
Вахтер нехотя поднял шлагбаум, пропуская машину на стоянку.
Пол вышел со стоянки на улицу. От яркого солнца не спасали даже темные очки.
Стоянка находилась под зданием, не то ресторан, не то гостиница. Вход парадно украшен, ковровая дорожка, цветы в высоких вазах. Видимо, тут намечалось торжество.
Краем глаза Пол заметил парня в парадном костюме сбегающего по ступенькам. Парень направился прямо к нему.
- Ахи[2]! Послушай, ахи!
Парень бесцеремонно хватал Келлермана за рукава пиджака. Вообще беспардонность местных жителей вызывала у Пола острое раздражение. Но связываться с аборигеном он не хотел. Он здесь по делу.
А парень в парадном пиджаке не отставал:
- Ахи, послушай, я сегодня женюсь! Я женюсь, ахи! Пойдем со мной, ахи! Я тебя приглашаю на мою свадьбу.
Келлерман сообразил, что зря рассердился на парнишку, он просто сумасшедший.
- Ахи, мы подписываем Ктубу[3], но у нас нет миньяна[4]! Мои друзья обкурились, и раввин их выгнал. Пойдем, ахи, будешь десятым! Если не подпишем Ктубу, я не смогу жениться. Сарит меня убьет. Она решит, что я специально все подстроил, чтобы не жениться на ней. Ее братья меня зарежут!
Парнишка вцепился в руку Келлермана.
- Пойдем же, ахи! Подпишем Ктубу, потом будем гулять на моей свадьбе. У меня такой стол – ты ни на одной свадьбе такой стол не видел. Все кошерное. Самый лучший кошерный стол!
При слове «стол» желудок Келлермана тоскливо крякнул. Его позиции давали слабину, в броне образовалась брешь. Он посмотрел на часы. По его расчетам время у него еще было.
- А это надолго?
- У тебя акцент! Ты откуда, ахи? Из Америки?
Пол нехотя кивнул.
- Пойдем, мой американский брат!
Келлерман сдал позиции окончательно. Жених потащил Пола по лестнице внутрь здания, которое оказалось Залом Торжеств.
Жених провел Келлермана в небольшую комнату. Там сидели раввины и гости в костюмах. Пол первый раз видел в Израиле мужчин в костюмах. Надо сказать, что он в своем костюме, который одел утром «на работу» выглядел наряднее многих гостей.
- Это мой американский брат! – Объявил жених. – Он специально приехал из Америки на мою свадьбу.
Гости закивали, стали наперебой здороваться, спрашивать, как дела, перебивая друг друга.
- …. Не хватает! – Сказала кто-то.
Жених вылетел из комнаты пулей, и через минуту вернулся, держа в руке белую атласную ермолку с золотой каемочкой. Он водрузил головной убор на макушку Келлермана.
- Ахи, тебе идет кипа[5]! Ты должен вернуться в лоно религии и все время носить кипу.
Келлерман поморщился.
Вмешался раввин:
- Давайте начнем! Мне сегодня нужно успеть поженить еще четыре пары!
Он начал читать молитву, а эхо голосов вторило ему.
Пол ничего не понимал, но сообразил, что можно сидеть молча, и только произносить «Амэн!» вместе со всеми.
Наконец молитва закончилась. Жених и свидетели подписали Ктубу.
- А теперь можно жениться!
Гости повскакивали с мест, загомонили, зашумели, пытаясь все одновременно выйти в дверь.
- Пойдем, ахи! Ты сделал богоугодное дело! Ты спас мою свадьбу! Ты сегодня будешь стоять со мной под хупой[6]! Ты мой почетный гость! Я дам тебе испить из освещенного свадебного кубка! И тогда Кадош Ба-Рухо[7] благословит тебе скорой женитьбой! И ты создашь семью по законам Израиля и Моисея!
Келлермана одолевало острое желание застрелить жениха. В конце концов, имеет он право хоть однажды убить кого-нибудь для души?
- Только, брат, послушай моего совета, женись на восточной девушке. Если хочешь хорошую марокканскую невесту из приличного дома – я знаю отличную сваху!
Жених вывел Пола в зал, где на возвышении стоял свадебный шатер. К нему вела ковровая дорожка, вокруг были расставлены стулья. Некоторые были уже заняты гостями.
Жених втолкал Пола под хупу. Места было мало, и там толпились уже раввины и родственники жениха. А сам жених куда-то убежал.
Пол огляделся. В шатре стоял маленький столик, на нем серебряный кубок, видимо тот самый «освященный свадебный», и бутылка вина. На полу лежал металлический предмет, небольшой, цилиндрической формы. Келлерман попытался поднять его. Очень похож на взрывчатку. Пол много читал о терактах в Израиле.
Раввин замахал на Пола руками, стал ругаться на него злым шепотом. Келлерман опустил предмет на пол. Тем более, что это оказался стакан, обернутый зачем-то фольгой.
Погас свет, прожектор осветил дорожку. Тамада объявил в микрофон:
- Поприветствуем семью Абутбуль! Моше и Кохава! И их сын, наш жених, Ицик!
Гости зааплодировали.
При входе в шатер возникла заминка. Родители вместе с сыном-женихом пытались войти одновременно.
Под хупой стало еще теснее.
Внезапно в кармане парадного костюма жениха зазвонил сотовый.
- Алло!.. Ахи… Где ты, ахи?.. Едешь?.. Ты должен съехать с трассы Айялон на перекрестке железнодорожного вокзала…
Ицик приподнял задний полог хупы, и выскочил наружу, продолжая говорить по мобильному. Папаша и мамаша Абутбуль ринулись за ним.
- А теперь поприветствуем семью Бухбут! – Кричал в микрофон тамада. – Рахамим и Симха! И их дочь, наша красавица невеста, Сарит!
Трио семьи Бухбут остановилось на полпути к шатру. По рядам гостей прошел нетерпеливый шепот.
Под хупой начал нервничать раввин:
- Где хатан[8]? Где хатан?
Друг Ицика, моргая обкуренными глазами и блаженно улыбаясь, показал на Келлермана:
- Да вот же он!
Раввин принялся выталкивать Келлермана из шатра:
- Ты должен подойти к невесте, опустить ей на лицо фату, и потом вместе с ней зайти под хупу.
Пол, очень удивленный местными обычаями, вышел из шатра и направился к невесте.
Восточная невеста Сарит, с оливковой кожей и миндалевидными глазами, была затянута в корсет-стреплесс свадебного платья, поверх которого фляками вываливались телеса. Имея темные от природы волосы, она пыталась перекраситься в блондинку. И теперь ее волосы были искренне желтыми. Они были уложены в высокую прическу, которой позавидовала бы Вавилонская башня.
Келлерман подошел к Сарит, и как было велено, стал опускать ей на лицо вуаль фаты.
Сарит моргала на Келлермана своими миндалевидными глазами. А гости заволновались как море, зашумели. Некоторые повскакивали с мест.
На ковровой дорожке как из-под земли вырос жених Ицик.
- Что же ты делаешь, ахи?! Я же тебя позвал на свадьбу как брата, а ты захотел жениться на моей Сарит?!
Ицик, отягощенный своим горячим восточным темпераментом, замахнулся на Келлермана. Не тут-то было! Келлерман перехватил и вывернул ему руку. Легонько ударил в солнечное сплетение. Но этого хватило жениху, чтобы повалиться на ковровую дорожку.
- Ты что наделал? – Заорала каркающим голосом Сарит. – Ты же меня вдовой оставил! Ты знаешь, как долго я его уговаривала на мне жениться?! Был такой красивый здоровый жених, а ты все испортил! Сделал его инвалидом!
Сарит принялась бить Пола свадебным букетом.
Гости молчали опешив. Впервые Келлерман видел молчащих израильтян.
Внезапно Сарит замолчала. Внимательно посмотрела в лицо Полу:
- Слушай, а ты красавчик! Всегда хотела выйти замуж за ашкенази[9]. Говорят, от смешанных браков рождаются красивые дети. Хочешь на мне жениться вместо него? – Она указала рукой, в свадебной перчатке, на лежащего на полу Ицика.
Келлерман отрицательно покачал головой. Все происходящее казалось ему сумасшедшим театром. Он не понимал, как вообще с ним могло случиться такое. Как он позволил себя в это втянуть?
Разочарованная Сарит сняла с ноги туфлю, и направила ее на Келлермана, как пистолет.
Впервые в жизни, Пол решил спасаться бегством. А Сарит скакала за ним на одной ноге, путалась в юбках и размахивала свадебной туфлей. Она выкрикивала какие-то слова, видимо проклятья. Но у нее не было шансов догнать закаленного в погонях Келлермана.

Выскочив из кондиционированного помещения на улицу, Келлерман почувствовал, как в лицо ударила горяча жара. Яркий солнечный свет на миг ослепил глаза.
Келлерман посмотрел на часы, столько времени пропало впустую.
Он пытался стряхнуть с себя раздражение.
И тут на свою удачу, Пол увидел идущего ему прямо навстречу Линкольна Барроуза.
Келлерман приготовился долго его ждать. Он смог выяснить, что Линк доставляет и собирает мебель, работая в мебельном магазине в районе Алмазной Биржи.
Линк шел по улице, щурясь от яркого света, и насвистывал себе что-то под нос. Он, то ли не видел Келлермана из-за слепящего солнца, то ли просто не обратил внимание. Видимо, за последние месяцы он отвык оглядываться через спину.
Келлерман подскочил к Линку в один присест.
- Линкольн, друг, какая встреча! – Он обнял Линка, как родного. На улицах израильских городов Пол частенько видел, как обнимаются люди, радуясь встрече. Дуло пистолета уперлось Линку пол левое ребро.
- Есть разговор! И лучше не дергайся.
Линк от неожиданности удивленно таращился на Пола. Потом все-таки сообразил кто это.
- Чтоб тебя, Келлерман! Выскочил как черт из табакерки! Откуда ты вообще взялся? Все не можешь никак меня в покое оставить?
- За тобой должок! Я приехал забрать кое-что, что тебе не принадлежит.
- Ты это о чем? – Линк искренне не понимал.
Келлерман и Линк стояли на улице, обнявшись как два старых друга. А прямо на них несся жених Ицик, размахивая руками. Полу, человеку организованному и собранному, очень мешало, что израильтяне делают много лишних телодвижений.
- Ахи! Я женился! Куда же ты ушел, ахи? Пойдем праздновать мою свадьбу! Прости меня, ахи! Мой обкуренный родственник пошутил над тобой, а я не знал… Пойдем, ахи! Ты будешь моим самым дорогим гостем!
Пол в изнеможении закатил глаза. У него не было больше сил терпеть этого жениха. Сейчас он его пристрелит!
А жених тем временем продолжал:
- Это твой друг, ахи? Я его приглашаю тоже. Пойдем! – он обратился к Линку. – Друг моего брата – мой друг!
- Я – работа! Не могу!
Линк успел выучить несколько десятков слов на иврите, и пытался ими изъясняться. Линк не знал, и не догадываться какое отношение имеет этот очень израильский жених к агенту Полу Келлерману, и почему он называет его братом. Но может быть, если этот жених сможет утащить Келлермана, тот оставит его в покое. Хотя если Келлерман выследил его сегодня, значит, сможет и еще раз.
- Ты где работаешь? – Ицик не отставал.
Линк показал рукой в сторону магазина.
- В мебельном у Элиаса? Скажешь ему, что тебя Ицик Абутбуль пригласил на свадьбу! Он не будет на тебя сердиться.
Пол уже понял, что отделаться от назойливого жениха возможно лишь убив его. Ладно, он пойдет к нему на свадьбу, тем более, что Линк от него уже никуда не денется, так как пойдет с ним. К тому же жених обещал вкусный стол.
- Тов[10], ахи! Мы идем!
Ицик обрадовался прямо таки по-детски. Он взял Пола и Линка за руки. И они, как детишки в детском саду, вошли в зал торжеств.
А в зале гости уже толпились с тарелками вокруг шведского стола. Туда сразу направился и Келлерман. Так много вкусной экзотической еды: хумус, тхина, хацелим, матбуха, таджин, сосиски маргез, кускус, мясо разных видом на гриле. Пол хотел все попробовать.
А Линк хотел только забиться в какой-нибудь угол и не привлекать внимания. Он еще не успел переварить появление Келлермана, как попал на эту свадьбу.
К нему подошел какой-то парень в дешевом плохо сидящем костюме:
- Парень, а нельзя ли кондиционер усилить.
Он принял Линка, одетого в рабочие штаны и в пропотевшую и местами грязную футболку, за обслугу.
Мгновенно возле них появился жених Ицик:
- Ты что, Лиор! Это же мой гость!
Лиор переводил взгляд с жениха на Линка, и обратно.
- Он прямо с работы пришел ко мне свадьбу! Уважаемый человек – работает! Не то, что ты – сидишь на пособии.
Линк нашел столик в углу и присел возле него. Он достал мобильник, хотел позвонить Майклу, но из-за шума говорить было невозможно. Надо придумать, как отделаться от Келлермана. Может, он сам по себе отравится хумусом?
Мысли к Линку не шли, а вместо них пришла какая-то девица. Волосы такого же желтого цвета, как и у невесты. Из-под коротенькой юбочки торчали тощие ноги. На ногах и на руках черные точки – следы корней волос.
Она бесцеремонно уселась возле Линка.
- Ты друг Ицика?
Линк кивнул.
- А я кузина Сарит. Меня зовут Ревиталь.
Линк не ответил, рассчитывал на то, что Ревиталь уйдет, обидевшись на его невежливость. Но та и не собиралась.
- Вы давно дружите с Ициком?
- Не понимать.
Линк сделал еще одну попытку отделаться от кузины невесты.
- О! Ты не местный?
Линк отрицательно покачал головой.
- Как здорово, что евреи со всего мира приезжают на Святую Землю в Израиль!
- Я не еврей. Я – ирландец.
- Ты из Ирландии? Там тоже живут евреи? Как здорово! И как там в Ирландии?
- Я там не был.
- Что я тебя совсем не понимаю!
- Я имею маленький иврит. Вчера самолет Израиль. – Линк успел заметить, что после этой фразы израильтяне сразу от него отставали и больше ничего не спрашивали. Но это было до того, как он встретил Ревиталь.
- А! Все понятно! Хочешь танцевать?
Линк снова отрицательно покачал головой.
Но Ревиталь схватила его за руку и потащила на танцплощадку.
Музыканты играли Ору[11]. Ревиталь и Линк присоединись к хороводу. Ревиталь крепко держала его за руку, царапая ладонь наманикюренными ногтями такой длины, что позавидовала бы любая ведьма из низко бюджетного фильма ужасов.
Келлерман, угощающийся возле стола, то и дело поглядывал на Линка. А сейчас он вдруг увидел, что того нет за столиком. Неужели сбежал? Пол хотел было броситься к выходу, но прежде решил все же обследовать зал.
В хороводе танцующих, Келлерман заметил, как мелькает лысая голова Линка. Он стал пробираться к нему сквозь толпу. Пол налетал на гостей, они мешали ему, путались под ногами. Происходящее напоминало пробку на дороге, причем именно на израильской. Пол придерживал пистолет под пиджаком одной рукой. Может, придется воспользоваться. Кроме того, он не хотел, чтобы кто-нибудь из случайно налетевших на него гостей почувствовал, что он прячет под пиджаком оружие.
Келлерман присоединился к веселому хороводу, влез между Линком и Ревиталь. Она была очень недовольна.
- Надеюсь, ты не собираешься сбежать?
- Просто танцую!
Ора закончилась, заиграли медленный танец. Ревиталь бесцеремонно повисла у Линка на шее. А к Полу подошла Сарит:
- Хочешь потанцевать с невестой?
Пол кивнул. Он хотел остаться на танцплощадке, чтобы не выпускать Линка из виду.
- Зря ты не захотел на мне жениться. Это могла бы быть наша свадьба.
- У тебя хороший муж – Ицик.
- У меня есть возможность погулять сегодня в последний раз перед замужней жизнью. Понимаешь, о чем я?
- Я не хочу ссориться с Ициком.
- Пахдан[12]! – Это было самое страшное и несправедливое оскорбление, которое Келлерману довелось услышать в жизни.
Танец кончился, Пол подошел к Линку:
- Пойдем - поговорим! – Он указал рукой на столики.
- Только пойду, пиво возьму у бара.
Линк хотел выиграть время, чтобы попытаться собраться с мыслями. Может, удастся все-таки дозвониться Майклу. Кроме всего прочего, алкоголь его обычно успокаивал.
- Я тебя за столиком жду. Я тебя вижу, не пытайся сбежать!
- Достал уже. – Огрызнулся Линк.
Ревиталь стояла рядом и пританцовывала на своих тощих ногах. Ей даже не мешало, что мужчины разговаривают, не обращая на нее внимания.
- Я пойду в туалет.
«Чтоб ты там и осталась! – Подумал Линк. – И Келлермана с собой забери!».
Келлерман снова взял штурмом толпу гостей, пробился сквозь нее, и сел за столик в углу.
Подошел Линк с двумя бокалами пива. Один поставил на столик перед Полом.
- Я пиво не пью.
- Аристократ нашелся! – Линк отхлебнул пива. – Почему ты меня в покое не оставишь? Зачем я тебе понадобился, что ты приехал за мной в такую даль?
- Друг мой Линкольн, ты сам по себе мне глубоко неинтересен. Но мне нужна пленка!
- Какая?
- Линкольн, ты глуп, но не настолько. Ты знаешь, какая. Разговор Керолайн.
- А! Эта!
- Эта самая! И она мне нужна. Она мне очень нужна, раз я сюда за тобой приехал. Ты меня знаешь, Линк! Отдай пленку по-хорошему.
Подошла Ревиталь. Наклонилась к Линку, прикасаясь своей тощей грудью к его плечу, и открывая Полу весь вид своего небогатого декольте. Зашептала на ухо, но так громко, что и Пол слышал:
- Ты уже был в туалете? С ума сойти можно! Цветы, зеркала. Пойдем - покажу! – Она гладила Линка по руке.
- Ты – иди. Я – потом. Мы вместе – видеть не надо.
- О! Конечно! Ты такой умный!
Ревиталь уплыла в туалет, напевая песню: «Если я тебе дала, ну так что с того?»
Линк решил действовать. Несколько минут форы у него было.
- Давай так, Келлерман, я отдам тебе пленку, но ты сначала вытащишь меня из этого сумасшедшего дома! Мы договоримся, но не здесь.
Келлерман внимательно посмотрел на Линкольна. Этот простой искренний парень врать не умеет.
- Пошли!
Снова толпа гостей. Раздайся море! На танцплощадке Ицика и Сарит, сидящих на стульях, поднимали их друзья на вытянутых руках. Это должно было быть весело. Но Ицик был бледен, несмотря на смуглую кожу, а Сарит дико верещала. Жених и не заметил ухода дорогих гостей.
Проходя мимо шведского стола, на котором уже стояли десерты, Келлерман на несколько секунд замешкался. В нос ударил сладкий аромат теста, меда, орехов. Так захотелось попробовать этих экзотических восточных сладостей. Но времени уже не было. Линк спешил к выходу, спасаясь от Ревиталь.
Вышли на улицу. Уже стемнело, но все равно стояла влажная жара.
- Так, где пленка, Линк?
- Пленка у меня. Я отдам тебе ее завтра. Встретимся тут.
- Я же не идиот. Раз я тебя нашел – думаешь, отпущу?
- Я знаю, что не идиот. Нашел сегодня – найдешь и потом. Поэтому я сам принесу тебе завтра пленку.
Келлерман не хотел давать Линку времени до завтра. Вдруг тот решит скопировать пленку. Но с другой стороны, где гарантия, что он до сих пор этого не сделал.
На пороге появилась, цокая каблуками Ревиталь.
- Я тебя там жду, как дура, а ты покурить вышел!
- Вот черт! – Только и сказал Линк, и рванул от Зала Торжеств наперерез, через проезжую часть. Машины резко тормозили, и обалдело сигналили. На противоположном тротуаре Линк одним махом сиганул через кусты. А Келлерман гнался за ним, размахивая пистолетом, который уже успел достать из-под пиджака.


[1] Что еще?
[2] Брат мой!
[3] Ритуальный брачный договор
[4] 10 мужчин, которые обязательно должны присутствовать при молитвах и других ритуалах
[5] Небольшая ермолка, которую религиозные иудеи-мужчины носят постоянно. Нерелигиозные же надевают только при справлении ритуалов
[6] Ритуальный шатер над свадебным алтарем
[7] Святой в Духе Своем, иначе – Бог
[8] Жених
[9] Еврей европейского происхождения
[10] Хорошо
[11] Танец. Его танцуют хороводом на веселых торжествах
[12] Трус

Август 2008

@темы: Фанфикшен, Пол Келлерман, Побег, Линкольн Барроуз

16:19 

Больничные будни

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Больничные будни
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Humour + Parody
- Персонажи и пейринги: Пол Келлерман, Линкольн Барроуз, оригинальные первонажи, упоминание RPF: Пол Адельштейн
- Рейтинг: PG
- Предупреждения: Все оригинальные персонажи - вымышлены. Кроме Тани и Сары Адельштейн. Пациентка с таким именем действительно госпитализированна в гериатрическом центре, где я работала. Долгих ей лет жизни.
В фике использованна идея принадлежащая manul о знакомстве Пола Келлермана и Пола Адельштейна.
- Статус: законченно
- Посвящение: manul

- Алло!
- Детка, это я! – В трубке запыхавшийся хриплый голос Линка.
- Привет, милый! Что-то ты сегодня припозднился…
- Не спрашивай, маленькая! Я в такую историю попал…
- Не пугай меня! Что случилось?
- Меня нашел один человек из Америки. Очень нехороший человек. Не знаю, как он меня выследил…
- Где ты, родной? Приезжай домой!
- А вдруг он выследит, где мы живем? Он может!
- Ты помнишь, как ехать ко мне работу? Давай туда. Там пересидишь.
Когда Линк подъехал, Таня уже ждала его у входа. Ночной охранник открыл им боковую дверь. Сестра—хозяйка очень удачно еще не уехала домой. Она открыла отделение «Далет», в котором уже год шел ремонт. Все палаты стоят пустые: выбирай любую. Кроме того сестра-хозяйка - добрая душа принесла из прачечной чистое постельное белье и полотенца.
Линк выбрал комнату в конце коридора. Из окон было видно море.
- Как в гостинице!
- Переночуешь здесь, а утром замаскируем тебя под санитара.
- А ты не уйдешь?
- Куда же от тебя уйду? Останусь…
В палате было две кровати.
- А можно кровати сдвинуть? – Линк подмигнул и облизал губы.
- Не получится.… Это же больничные кровати с железными бортами.
- Ну ладно. На нарах было теснее. Иди ко мне, детка.
Линк сгреб Таню одной рукой в охапку, притянул к себе, и они вместе рухнули на кровать.
Прохладный ветерок, пахнущий морем, влетал в комнату через распахнутое окно, неся прохладу разгоряченным страстью телам.

Линк стоял посреди комнаты в белых штанах от формы санитара. Штаны были ему коротки, выше щиколотки. Форменная рубаха была тесна в подмышках, и не застегивалась. Линк сумел застегнуть ее только на одну кнопку.
- Как я выгляжу? – Пошутил Линк.
А выглядел Линк так, будто тикает не от нехорошего человека из Америки, а от долгов.
- Другой формы не было. Только эта. – Таня потянула штаны вниз. – Давай немного спустим штаны. Они будут казаться длиннее. И постарайся не делать резких движений, а то рубаха порвется.
Форму Тане одолжила медсестра Анна, взяв ее у одного из санитаров в своем отделении. В обмен на форму Анна потребовала, чтобы Линк в ее отделении помогал.
- Ты только не нагружай его сильно! – Попросила Таня.

- Помогите! Помогите!
Линк зашел в палату, из которой доносился скрипучий старческий голос.
Старушка сидела в инвалидном кресле, одной рукой держась за кровать.
- Сынок, подай мне яд*!
(«Яд» на иврите «рука»).
- Зачем вам яд, бабушка? Не нужно. Вас лечат. За вами ухаживают. Все будет хорошо! Не нужен вам яд! Не думайте об этом!
- А ну, гад, дай яд мне быстро!
Линк вылетел из палаты.
- Доктор! Доктор! Там старушка в палате пытается наложить на себя руки!
Доктор послал медсестру проверить, в чем дело.
Та через несколько минут вернулась, толкая перед собой инвалидное кресло с больной.
- Что случилось?
- Тамара хотела перелезть с кресла на кровать. Хотела лечь. Говорит, плохо себя чувствует. Кашель.
- Кашель…Кашель… Кашель… - Доктор задумался на несколько секунд. – Пропишем слабительное.
- Доктор, а поможет против кашля?
- Конечно! Выпьет две таблеточки, и будет бояться кашлянуть!

- Всем врачам и около медицинским работникам немедленно собраться в отделении «Хей» на обход с главврачом доктором Хедеком! – Секретарь объявила по громкой связи голосом «от советского информбюро».
Врачи и остальной персонал стекались бурным потоком в отделение «Хей». А оттуда стройными рядами переходили из одного отделение в другое, сопровождая главврача, как свита короля.
В отделении «Бэт-2» произошла заминка. Обнаружилась пациентка, состояние которой стремительно улучшалось. Причем настолько, что больничная касса вполне уже могла дать распоряжение выписать больную.
- Как вы больных лечите!? – Доктор Хедек уже бушевал. Европейская сдержанность была ему не свойственна. – Больных нужно лечить хорошо, но не до конца! Иначе они выписываются, и я теряю деньги! Нельзя допустить выписки больных! Таня?! Где Таня?
- Я тут. – Таня стояла прямо напротив него.
- Ты отправила документы в Минздрав на субсидирование?
- Нет еще… – Беспомощно пролепетала Таня, глядя на доктора, как кролик на удава.
- Почему? Почему до сих пор не отправила! Ты совсем не работаешь! Бестолочь! Если не будет субсидии, я потеряю больную! Я потеряю деньги! – Доктор орал так, что от его крика дрожали огромные окна-витрины. Весь персонал стоял не шелохнувшись, вжав голову в плечи. И каждый думал про себя, как хорошо, что именно его пронесло сегодня от барского гнева.
- А ну прекратил орать! Хлебло забил!
Все стали испуганно оглядываться друг на друга, пытаясь сообразить, кто мог такое произнести.
Линк широкими шагами приближался к доктору Хедеку.
- Не смей на нее кричать! Пасть порву!
Доктор Хедек попытался взять Линка криком на понт:
- Ты кто такой?! Ты знаешь, с кем разговариваешь?! Я – доктор Хедек! Главврач!
- Тебе сейчас самому доктор понадобится!
Линк схватил доктора за ворот рубахи. Стал трясти, оторвав от пола.
Весь лоск моментально слетел с доктора, и он превратился из уверенного в себе мужчины, очень хорошо выглядящего на свои годы, в испуганного старикашку.
Таня подскочила к Линку, стала хватать его за руки:
- Линк, миленький, не надо! Все хорошо…
Голос дрожал от волнения, а в глазах отражался испуг.
- Ты посмотри, что ты с ней сделал, сволочь! Убью!
Линк продолжал трясти доктора, и его голова болталась, как на шарнире.
От резких движений форменная рубаха Линка разорвалась на спине по всей длине. Рвущаяся ткань издала протяжный треск.
- Линк, перестань! Не надо! Он больше не будет!
- Я больше не буду! – Промямлил доктор. Удивительно, куда делась вся его спесь?
- Еще раз, – Линк развернул доктора лицом к Тане, - на нее крикнешь – порву!
- Таня… прости… ты же знаешь… я… тебя… люблю… я… тебя… ценю… ты… хорошо… работаешь… я… не хотел… тебя… обидеть… ты… же… меня… знаешь… я… часто… кричу… но… это… не серьезно…
- Отпустить? – Линк посмотрел на Таню.
- Пусти его, родной. Хватит.
Линк разжал могучие кулаки. Доктор Хедек повалился на стойку медсестринского поста. Но не удержался, и рухнул на пол.
Врачи и весь персонал наблюдали за происходящим в состоянии шока. На их глазах диктатор упал со своего пьедестала.
Первой пришла в себя в себя доктор Ребекка.
- Это что за хулиганство?! Я сейчас полицию вызову!
Она достала из кармана мобильник, открыла, приготовившись набрать номер.
Таня, увидев это, сделала к ней несколько стремительных шагов, и быстрым движением руки захлопнула мобильник Ребекки.
- Позвонишь в полицию – я позвоню в Минздрав. У них бумаги не хватит записывать все, что я имею им рассказать.
Ребекка удивилась, но позиции сдавать не собиралась:
- Не посмеешь!
- Хочешь, проверим?
Ребекка вертела в руках мобильник, растерянно глядя на своего повергнутого идола, пытающегося подняться с пола.
- Он не знает о твоем разговоре с доктором Бернардом. А я знаю.– Таня улыбнулась тепло и по-доброму. И от этого Ребекка еще больше растерялась. – Из нашего, пардон, туалета очень хорошо слышно все, что говорят в твоей комнате. Особенно, если ты немного повысишь голос. Так что, я много чего знаю.… Хочешь, чтобы и он узнал? – Таня кивнула головой в сторону доктора на полу. Теперь Ребекка была так же испугана, как и Таня всего несколько минут назад. – Не хочешь? Тогда никакой полиции. – Ребекка кивнула. - Линк?
Линк нависал над побежденным доктором громадой своего тела, размышляя, не стукнуть ли его еще раз. Конечно, лежачего не бьют. Но так хотелось!

Келлерман, по случаю бешенной израильской жары одетый в шорты и футболку, блукал в лабиринтах Яффо. Но наконец-то он с трудом нашел нужную улицу, и вышел к зданию, которое искал.
Мимо него трудно пройти. Построено в старом восточном стиле, выкрашено в яркий персиковый цвет. Вывеска гласила, что данное здание занимает гериатрический центр.
Название какое-то знакомое. Память Пола не подводила никогда.
Келлерман достал из кармана шорт палм, набрал название гериатрического центра, чтобы проверить догадку. Палм, хранивший информацию, которую Келлерман был не в состоянии держать в голове, выдал ответ. Ответ Пола удивил. Он озадаченно смотрел на экран. Перепроверил еще раз. Палм выдал тот же ответ.
Ну что ж, теперь у Келлермана был план, как действовать дальше. Он уверенно направился к входу в здание.
- Эй, господин! Куда это вы!?
За Полом бежал низкий тощий араб в потертых джинсах и футболке цвета фуксии.
- А в чем дело?
- Я – Ахмед, охранник. Я вас раньше не видел. Вы к кому пришли?
- Я приехал из-за границы навестить родственницу.
- А как ее зовут? В каком она отделении?
- Слушай, Ахмед, я же тебя не спрашиваю, что ты делал возле той белой «Субару», которая только что отъехала. И не спрашиваю, что в том меленьком пакетике, который передал тебе водитель.
Смуглое лицо Ахмеда побледнело от страха.
У Келлермана мелькнула мысль, что не нужно ссориться с местным населением. Он улыбнулся Ахмеду своей располагающей улыбкой, и подмигнул:
- Ладно, брат, я тебе не выдам. Я сам посещал занятия анонимных наркоманов.
- Я тоже ходил на занятия, брат. Но ты же знаешь, как легко сорваться.
- Конечно, знаю. – Келлерман снова улыбнулся.
- А как тебя зовут?
- Лэнс. – Келлерман ответил машинально, даже не успев подумать. Наркоман Лэнс жил внутри его личности какой-то своей отдельной жизнью.
- Очень приятно, Лэнс. Пойдем, я тебя провожу.
Они вместе подошли к стойке ресепшина.
- Ирэна, это господин Лэнс. Он приехал из-за границы навестить родственницу.
Вот черт! И вылез же этот Лэнс откуда-то?! Теперь Келлерман не сможет представиться Полом Адельштейном, своим двойником-актером, чья дальняя родственница, Сара Адельштейн, госпитализирована в этом гериатрическом центре.
- Сара Адельштейн. Вообще-то она родственница одного моего близкого друга. Я в командировке в Израиле, и пообещал, что навещу ее.
- Я лучше позову социального работника.
- Таня, социальный работник, тебе ожидает посетитель на ресепшине! – Крикнула секретарша в микрофон громкой связи.

Таня подошла к ожидавшему ее посетителю. Одетый в шорты и футболку, он все равно выглядел не по-израильски. Уж очень аккуратно и наглажено. Сразу видно, интурист. Кожа, непривычная к сильному солнцу, раскраснелась от загара. И от этого казалось, что на щеках румянец смущения.
- Шалом! Меня зовут Таня. Я социальный работник. Вы хотели меня видеть?
- Здравствуйте, меня зовут Лэнс. Я бы хотел видеть Сару… Адельштейн.
- Вы родственник?
- Нет. Но я близко знаком с мистером Полом Адельштейном, и пообещал ему навестить Сару.
- Вы, конечно, сможете навестить Сару, но информацию о состоянии здоровья больных мы даем только близким родственникам. Пойдемте, я вас провожу.
Благодаря Саре Адельштейн, Келлерман попал на территорию больницы. Остальное было делом техники. Пол уже давно вычислил адрес места работы девушки Линкольна. Знал он и адрес, по которому жил Линк. После того, как он потерял того у Алмазной Биржи, именно к дому Линка Келлерман и поехал. Он прождал его напрасно всю ночь и все утро. И увидев, что Линк не появляется, решил проверить вариант с работой его девушки. Может та, что едет с ним сейчас в лифте, она и есть.

В отделении Пол немного растерялся. Он много чего повидал за свою жизнь. И много чего пережил. Но такая концентрация старости, болезни и горя поразила даже его воображение. Так вот как старятся и умирают обычные люди! На своей работе Келлерман не ожидал, что состарится, и о старости не думал.
Таня подвела Келлермана к Саре. Та сидела на своем инвалидном кресле у окна. Повернула неестественно голову вверх и смотрела в потолок.
- Ей удобно так сидеть? – зачем то спросил Пол.
- Думаю, что нет. Но это спазм мышц от ее болезни.
- Сара? – Пол пытался поймать ее взгляд, но он продолжать медленно блуждать по потолку. Сара шамкала своим беззубым ртом.
- Она пытается что-то сказать?
- Нет, Лэнс. Это непроизвольные движения.
В лобби вырулил Линк, неся на вытянутых руках поднос с больничной едой.
- Вот черт! – Воскликнул он, увидев Келлермана. Швырнул ему под ноги поднос, и ринулся по коридору.
Келлерман поскользнулся на ошметках еды, но удержал равновесие и не упал. Рванул по коридору за Линком. Ему преградил путь санитар, выкативший инвалидное кресло с больным из палаты в коридор. Пол одним махом перемахнул через преграду поверх головы старичка. Санитар схватился за сердце.
Таня побежала по коридору за Линком и Келлерманом. Судя по шуму, доносившемуся из подсобки, они там уже дрались.
Так и есть! Инвентарь, хранившийся в подсобке, разбросан по полу. Линк тоже на полу. Келлерман душит его шлангом от системы внутривенного вливания.
- Где пленка? Ты мне скажешь, где чертова пленка?
Линк нащупал рукой ручку судна. Ударил Пола судном по лбу. Тот ослабил хватку. Линк сумел вывернуться, оттолкнув Келлермана от себя. Схватил пакет с подгузниками, швырнул в Пола. Пакет объемный, но не тяжелый. Он не больно ударил Келлермана. Пол огляделся вокруг, чем бы швырнуть в Линка. Запустил в него клизмой. Линк отбивался от «гранаты» с криками «Фу!».
Пока Линк был в замешательстве от клизмы, Келлерман решил его добить пакетом подгузником.
На помощь пришла Таня, шлепнувшая Келлермана по рукам катетером, подобранным на полу. Келлерман ухватился за катетер, и вырвал его из танинных рук. Таня не растерялась, подобрала с пола другой катетер.
- Ну что? Будем фехтоваться на катетерах?
Линк разобравшись с клизмой, схватил снова главное оружие – судно, и наступал с ним на Келлермана.
- А ну прекратить немедленно! Сколько вам лет?!
Линк и Пол набычившись смотрели друг на друга, тяжело дыша от драки.
- Пленку верни, уголовщина!
- Канай отсюда! Достал уже!
В подсобку прибежав на шум, влетела медсестра Анна, а за ней сбежавшиеся поглазеть на происходящее все санитары отделения.
- Люди добрые! Это что же такое делается!? Вы же всю подсобку разнесли!
- Ты посмотри, что они наделали! А нам теперь убирать! – Переговаривались между собой санитары.
- Мы сами все уберем! – Пыталась разрядить ситуацию Таня.
- Уйдите с глаз! – Анна махнула рукой на дверь. Таня не хотела злить Анну, и почла за благо убраться из ее отделения, уводя драчунов с собой.
Таня тащила Линка за руку, подталкивая Келлермана впереди себя.
- Пойдем ко мне в кабинет, и там поговорим цивилизованно!

- Так! Линк, сядь за тот стол в углу! – Таня закрыла дверь кабинета. – А ты, Лэнс, сядь за этот стол.
- Не Лэнс его зовут! Келлерман он! – Выкрикнул Линк.
- Ну что ж, очень приятно, Келлерман! А врать то было зачем?
- Можно просто Пол.
- Очень приятно, Пол. – Вздохнула Таня.
- Линк, мы же договорились. Где пленка? Лучше отдай по-хорошему. Я от тебя не отстану. Тебе от меня не спрятаться. Я тебя каждый раз нахожу. Это даже становится неинтересным.
Келлерман жалел, что не взял с собой пистолет. Но оружие невозможно было спрятать в его израильском маскировочном костюме. При необходимости Пол мог убить голыми руками, или, по крайней мере, сильно изувечить. Но оружие действовало на людей удивительным образом.
С другой стороны, Келлерман, а точнее Денни, уже убил Лису. Келлерман угрожал Эл Джею, но Линка так и не достал. Этот Линк простой, как веник, но с ним все выходит так запутанно. Тут нужна другая стратегия.
- Эта пленка – моя страховка! – Кричал Линк в ответ Полу.
- Линк, где ты выучился таким умным словам?
Линк вскочил со стола.
- Линк… - Тихо произнесла Таня, и тот опустился на стул. – А ты не дразни его! – Таня повернулась к Келлерману. – Позвольте мне спросить, что за пленка?
- У Линка находится пленка с разговором, компрометирующем женщину, которая мне небезразлична.
- Какая она женщина!? – взревел Линк. – Сука! Змея подколодная! Я из-за нее три года Фокс Ривер топтал! Мне мокрую губку на темечко положили!
- Линк, ну что ты будешь сейчас с этой пленкой делать? – Келлерман говорил с Линком таким тоном, будто разговаривал с дитём неразумным.
- По радио в эфир пущу!
- Глупо!
- Зато ты у нас очень умный! Тебе-то зачем пленка? Ты думаешь, что ты своей стерве эту пленку привезешь, так она тебя полюбит? Она тебе сердце мотает, а ты носишься по ее указке по всему миру, как верный пес!
Таня ожидала, что Келлерман сейчас вспылит, как и Линк, но Пол сохранял спокойствие, и только розовые от загара щеки казалось стали еще ярче.
- Линк, я тебе говорил – повторю еще раз: тебе не понять сложных отношений.
- Если бы ты сам понимал, она бы не разбила тебе сердце!
- А ну прекратите оба! – Таня снова принялась успокаивать бранящихся Линка с Келлерманом. – Линк, не обижай его! Некрасиво смеяться над чувствами других людей! – Келлерман хихикнул, глядя, как Таня отчитывает Линка. – Ты тоже хорош! Не подначивай его!
- Послушай, мне нужна это пленка! Она мне нужна больше, чем Линку. Я хочу защитить от неприятностей женщину, которую люблю. – Келлерман хорошо разбирающийся в людях, рассчитывал, что самым правильным ходом будет надавить Тане на жалость. А она уж уговорит Линка отдать запись. Он изобразил на лице грустный взгляд и растерянно захлопал ресницами.
- Ничего я тебе не отдам, гад лицемерный! Думаешь, я забыл, что это ты меня в тюрьму засадил?!
- Так Это Ты Засадил Линка в Тюрьму?! – Глаза Тани налились злостью. На щеках выступил румянец. – Ах Ты, Пакостник!
Таня вскочила со стула, подхватила со стола стопку личных дел в папках, и принялась лупить ими Келлермана. Пол схватил Таню за обе руки, легонько сжал своими железными руками. Таня выпустила папки. Они шлепнулись Келлерману на ногу.
- Черт!
- А ну пусти ее! – Заорал Линк, и швырнул в Келлермана дыроколом. Дырокол был потяжелее подгузников, но цели не достиг. Пролетел у Пола над ухом, и глухо ударился о стену.
Кто-то тарабанил в дверь комнаты. Видимо стучали и раньше. Но из-за бедлама никто не слышал стука.
Таня приоткрыла дверь. На пороге стоял доктор Хедек. Он первый раз сам зашел к ней в комнату. Обычно он вызывал ее к себе в кабинет.
- Шалом, доктор!
- Таня, я пришел тебе сказать, что после сегодняшнего случая я не уверен, что ты сможешь продолжать свою работу здесь. Я еще не решил, что мне с тобой делать.
Хорошо же Линк все-таки стукнул доктора. Он, на удивление, не кричал, говорил спокойно и вежливо. Хотя и собирался уволить.
- Доктор, вы меня извините, у меня беседами с родственниками. – Таня не давала доктору Хедеку зайти в комнату, заслоняя дверной проем.
- Правда? А какого больного?
- Сары Адельштейн.
- Так она же одинокая!
- Вот нашелся дальний родственник из Америки.
- А ты документы у него проверяла? – Доктор Хедек начал снова выходить из себя. – Может он не родственник, а аферист? Почему ты такая бестолковая, Таня? Что ты ему уже успела рассказать?
- Доктор, простите, можно мы закончим разговор? – Келлерман подошел к полураскрытой двери.
- Я – доктор Хедек! Главврач! Сомневаюсь, что вы вообще можете иметь тут какие-то разговоры!
- Послушайте, доктор Хайдак…
(«Хайдак» на иврите «Микроб»).
- Как ты меня назвал?! А ну вон из моей больницы! – Доктор Хедек замахал руками перед лицом Келлермана. Пол схватил его за кисть, выломав пальцы приемом Куина.
- А-а-а-а! – Заорал от боли доктор, прижимая раненую руку к груди.
- Раз вы доктор, то знаете, что делать с рукой.
- Чтоб тебя!
Келлерман легонько стукнул доктора в солнечное сплетение. Доктор, отпустив больную руку, и схватившись за живот, повалился на пол.
- Теперь меня точно уволят… - Пролепетала Таня.
- И еще, доктор, - Келлерман говорил на удивление мягко с избитым им человеком, - если ты вот ее уволишь, - Келлерман указал на Таню, - я приду к тебе еще раз, и мы поговорим по-мужски. Понял?
Пол принялся выталкивать валяющегося на пороге доктора в коридор носком кроссовка.
- А теперь продолжим прерванный разговор… - Келлерман вернулся в комнату, закрыв за собой дверь. – Где все-таки пленка?

Сентябрь 2008

@темы: Фанфикшен, Пол Келлерман, Побег, Линкольн Барроуз

16:45 

Ночное дежурство

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Ночное дежурство
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX.
- Категории: Humour + Parody
- Персонажи: Пол Келлерман, Линкольн Барроуз, Таня, оригинальные персонажи
- Рейтинг: PG-13
- Предупреждения: Все оригинальные персонажи - вымышлены (кроме Тани)
- Посвящение: manul в подарок на Рош А-Шана

- А теперь продолжим прерванный разговор… - Произнес Келлерман, закрыв за собой дверь. – Где все-таки пленка?
Его лицо с розовыми от загара щечками перестало быть добродушным. А глаза, только что такие искрение, стали холодными, как зимнее пасмурное небо.
Стало понятно, что у Пола самые серьезные намерения. Но приступить к их немедленному воплощению в жизнь ему помешал телефонный звонок.
Таня поднесла трубку к уху:
- Алло?
Звонила Ирэна, секретарша.
- Таня, что случилось?
- А что случилось?
- Я так поняла, твои друзья дважды сегодня навешали Хедеку?
- Разве что совсем немного. - Таня не смогла сдержать улыбку, вспоминая валяющегося на полу главврача.
- Хедек в бешенстве. – Шептала в телефон Ирэна. – Полицию вызывать не стал, но Ахмед позвал своих друзей. И теперь они караулят твоих друзей у обоих выходов.
- Ты знаешь, сколько их?
- Ахмед привел все свое арабское племя. Хедек запретил им заходить в больницу. Их не меньше двадцати человек.
- Спасибо, Ирочка!
- Если что, я тебе ничего не говорила.
Таня положила телефонную трубку. По выражению ее лица Линк понял, что что-то не так.
- Детка, что?
- По наши души пришли друзья Ахмеда. Их Хедек позвал. В больницу не заходят. Ждут нас у обоих выходов. И я не знаю, как мы теперь выйдем.
- Сколько их? – Спросил Келлерман.
- Не меньше двадцати.
- Вооружены? Чем?
- Скорее всего, вооружены. Может и огнестрельным. Мы тут слышим выстрелы иногда.
- Жаль, не взял я свою Беретту. – Сокрушенно посетовал Пол.
Упоминание оружия Пола заинтересовало Таню.
- У тебя Беретта? Какая модель?
- Элит.
- Пятнадцать патронов?
Пол кивнул.
- Ты, я смотрю, разбираешься?
- Немного. Беретта хорошая вещь. Но для меня тяжеловата. Я стреляю из Глока.
- Видела керамический?
- Где же я его увижу? Такие вещи не простых смертных.
Келлерман, с присушим ему профессиональным чутьем, заметил, как заблестели Танины глаза.
- Могу достать тебе в обмен на пленку.
Таня рассмеялась в ответ:
- Даже и не думай!
- Я просто предложил. – Пол невинно взмахнул длинными ресницами.
Линк подошел к Тане, обогнув стол, и по-хозяйски обнял ее за плечи.
- Ладно, стрелки, что будем делать?
- Я нас отсюда вытаскиваю, и ты отдаешь мне пленку. – Ответил ему Келлерман.
- Вытаскиваешь нас? Рассмешил! Я из Фокс Ривер сбежал, помнишь? Думаешь, из этой больницы не сбегу?
- Мы оба знаем, благодаря кому ты сбежал из Фокс Ривер. Вследствие этого я не думаю, что ты сможешь выйти из этой больницы без моей помощи. Не хватит твоей грубой силы, чтобы уложить двадцать человек.
- А твоей хватит? – Огрызнулся Линк. Келлерман оставил его выпад без ответа.
Почувствовав снова накаляющуюся атмосферу, Таня решила вмешаться.
- Нам совсем необязательно уходить из больницы сейчас. Можем пересидеть в «Далет». Не вечно же они будут нас караулить. Может кто-нибудь с вечерней смены вывезет нас на машине. Или еще что-нибудь придумаем… Мы же никуда не торопимся.
- Я - так точно, нет. – Келлерман улыбнулся почти доброжелательно.
Стащив из прачечной новую форменную рубаху для Линка, и взяв на кухне немного еды перекусить, Таня повела своих гостей в отделение «Далет».

За окном уже совсем стемнело. Таня, Линк и Пол сидели в облюбованной ранее Таней и Линком комнате с окнами на море.
Таня несколько раз спускалась в лобби и каждый раз через стеклянную дверь видела друзей Ахмеда прогуливающихся у входа.
Медбрат из отделения «Хей», самого близкого к служебному выходу, рассказал Тане, что видел, как Ахмед с друзьями проверяют выезжающие машины. Простить кого-то вывезти их, было бесполезно. Санитарка Нивин, арабка-мусульманка, посоветовала дождаться рассвета. На рассвете, по ее словам, Ахмед с друзьями должны уйти молиться.
Пол, лежа на больничной койке, медленно сходил с ума от безделья. Он уже отжался бессчетное количество раз. Пересмотрел все файлы, хранящиеся в «Палме». А теперь, глядя в белый потолок, вспоминал по памяти правила ведения боя в городской среде, на тот случай если придется пробиваться мимо банды Ахмеда с силой.
Таня и Линк полулежали на соседней кровати, и тихонечко перешептывались, держась за руки. Таня выводила тонким пальцем причудливые узоры на шершавой ладони Линка.
Пола эта сцена бесила, и он старался не смотреть в их сторону. Раздражение усугублялось сосущим под ложечкой чувством голода. Сосиски, прихваченные Таней на кухне, были съедены уже несколько часов назад.
- Где тут можно найти что-нибудь поесть? – Чувство голода одержало вверх.
- Кухня уже закрыта. – Таня зевнула. – Но может быть что-нибудь осталось в отделениях.
- Пойду поищу. – Келлерман одним движением вскочил с кровати. Он был рад занять себя хоть чем-нибудь. – Линк, раздевайся!
- Не понял!
- Рубаху снимай! Она мне нужна для маскировки.
Линк нехотя стянул с себя рабочую рубаху, не вставая с койки.
- Если спросят – говори, что ты новый врач на дежурстве. – Посоветовала Таня. – У нас как раз сейчас несколько новых врачей на испытательном сроке. Толком их никто не помнит.
Пол кивнул и вышел из комнаты.

Келлерман спустился по лестнице на один этаж и вошел в отделение. Санитары бегали туда-сюда, развозя пациентов в инвалидных колясках по палатам. Несколько больных все еще оставалось в лобби. Может никто не обратит внимания не незнакомого мужчину в шортах и рабочей рубахе?
Пол вошел на кухню. Огляделся. Сразу же за ним вошла полная кухарка.
- Вы что-то хотели?
- Да. Что-нибудь поесть.
- А вы кто?
- Новый доктор.
- Что-то я вас раньше не видела, доктор… - Кухарка вопросительно посмотрела на Пола.
- Доктор Кравеки. – Пол обезоруживающе улыбнулся, и взмахнул ресницами. – Первое дежурство. Проголодался от волнения.
- Извините, доктор Кравеки, но ничего не осталось. – Кухарка сокрушенно махнула руками. – Только шакшука. Но я бы не советовала вам ее кушать. – Кухарка заговорчески подмигнула. – Спуститесь в «Бэт-2».
Пол не хотел идти в «Бэт-2», там его сегодня уже видели. Но уж очень хотелось кушать. Кивнув кухарке, и сказав «Спасибо». Пол вышел из кухни и направился к лестнице.

В отделении «Бэт-2» Келлерман обратил внимание на девушку пышных форм сидящую на медсестринском посту. Он не видел ее днем, ее не было на утренней смене. Девушка подняла на него глаза, на секунду оторвав их от женского журнала, и тут же вернулась к своему чтиву.
- Извините, ви доктар? – Старушка, сидящая в инвалидном кресле у окна, схватила Келлермана за полу рабочей рубахи своем морщинистой лапкой.
- Да. Я новый доктор.
- Доктар! Я имею вам что-то сказать! – Старушка смотрела на Пола своими голубыми, выцветшими от старости глазами. – Доктар, я имею вам сказать большое спасибо!
- Будьте здоровы! – Келлерман пытался вырваться из лапок старушки, но она держалась за него так же крепко, как и за жизнь.
- Доктар! Ви мене дали вчера такое лекарство.… Так я хотела вам сказать «Спасибо!» Я после вашего лекарства первый раз за три дня так хорошо покакала. – Мало кому удавалось до сих пор повергнуть Пола в состояние недоумения, подобное этому. Келлерман растерянно посмотрел по сторонам, как бы ища помощи. Его взгляд наткнулся на медсестру, оторвавшую глаза от журнала, и пристально наблюдающую за Полом.
- Так я хочу вам сказать, доктар! - Тем временем старушка продолжала. – Чтоб ви били так здоровы, как я сегодня хорошо покакала.

Просканировав кухню на предмет съестных припасов, Келлерман обнаружил оладьи. Один сходу он запихнул целиком в рот. Оладий оказался вполне съедобным. Остальные Пол решил подогреть в микровейв. В холодильнике очень удачно обнаружились сметана и джем. Это, конечно, не ужин гурмана, каким Келлерман привык себя считать. Но во время боевых операций не выходит себя побаловать, и Пол к этому тоже привык.
Выложив на тарелку подогретые оладьи, сметану и джем, Келлерман уже собирался уйти с добычей, но влетевшая на кухню пышнотелая медсестра чуть не сбила его с ног.
- Доктор! Пойдемте скорее! Больной задыхается!
Поставив тарелку с добычей на стол, и прикрыв ее салфеточкой, Келлерман, не имея другого выбора, пошел за медсестрой.
Больной, сидевший на инвалидном кресле, бился в судорогах, пытаясь сделать вздох. Санитар, находившийся с ним в палате, испуганно лепетал:
- Я только на секундочку отошел, за чистым подгузником. Прихожу, а он вот такой.
Больной уже посинел, смотрел впереди себя глазами навыкате.
Келлермана учили в медицинской академии оказывать первую медицинскую помощь. Он точно не помнил, от чего человек может задыхаться, но велика вероятность, что больной просто подавился.
Пол наклонил больного вперед и с размаху хлопнул несколько раз по спине. Тот все еще не мог сделать вздох.
Келлерман увидел, как изо рта больного показалось что-то, чего там быть не должно. Мгновенным движением руки Пол извлек из глотки больного инородное тело, оказавшееся хлебной корочкой, под крики медсестры:
- Доктор, а перчатки?
Больной сделал слабый вздох.
- Вот ведь подлец! – Пролепетал санитар. – Спрятал, наверно, во время ужина, ломтик хлеба, а потом захотел съесть быстренько. И подавился.
- Где тут руки можно помыть?
Медсестра указала Келлерману на дверь туалета.
- Дайте больному кислород, и что там еще полагается…
- Доктор, может быть сакшен сделать?
- Да! Сделайте сакшен, и все что нужно. – Келлерман торопился быстрей уйти.
- Доктор, а в журнал запишите?
- Запиши сама. Я потом подпишу. – Пол зашел в туалет, закрыв за собой дверь.
- Доктор, там еще одному больному плохо! – Медсестра караулила Келлермана у дверей туалета, загородив выход своим широким фасадом. – Пойдемте, доктор! Это там, в палате дальше по коридору.
Келлерман пошел вслед за медсестрой. Та раскачивала мощными бедрами в такт ходьбе, желая обратить на себя внимание нового доктора.
Открывая дверь в палату, медсестра пропустила Пола вперед. Моргнув несколько раз, привыкая к темноте, он заметил, что комната не похожа на палату, и в ней никого нет.
Развернувшись назад, Келлерман наткнулся на мощный бюст медсестры, уже вошедшей вслед за ним, и успевшей закрыть дверь.
- Что это значит? Где больной?
- А зачем нам больной, доктор? – Медсестра попыталась обнять Пола, он сделал шаг назад.
- Доктор, вы были великолепны! Вы меня потрясли! Я прямо вся горю от желания познакомится с вами поближе!
Сделав несколько шагов назад, Келлерман наткнулся спиной на дверцу шкафа. Продолжавшая наступать медсестра, уперлась в его грудь своим горячим бюстом.
- Уберите с меня вашу грудь! Мне нечем дышать! – Прохрипел Пол, в горле пересохло.
- Я вам сейчас сделаю искусственное дыхание! – Медсестра попыталась поцеловать отворачивающегося Пола. Чтобы избежать сопротивления, она взяла его лицо в свои руки, впиваясь длинными ногтями в щеки Пола.
От жаркого поцелуя медсестры мозг Келлермана испытывал кислородное голодание, и отказывался искать выход из сложившейся ситуации. Можно было, конечно, вырубить сладострастную медсестру. Но ее очень быстро хватятся, а Полу было необходимо продержаться до рассвета незамеченным.
Сладострастная медсестра хоть и была блондинкой, но ее габариты в два раза превышали любимые Полом формы. К тому же он все еще ужасно хотел есть.
Наконец мозг Келлермана стимулируемый чувством голода, все же нашел решение. Пол аккуратно отстранил медсестру.
- Милая, мне надо сходить за одной штучкой!
- А это обязательно? – Капризно захныкала та, проводя пальцами-колбасками по широкой груди Пола, и опускаясь ниже по животу к ремню шорт.
- Обязательно! – Келлерман взял медсестру за полные ручки. - Мы ведь медработники, должны следить за здоровьем.
- Может, мы просто отрежем палец у резиновой перчатки? – Медсестра не хотела отпускать Пола из своих жарких объятий.
- Дорогая, всего пару минут. – Келлерман самозабвенно взмахнул ресницами, отстранил медсестру в сторону, освобождая себе путь на свободу, и вышел в коридор стремительными шагами.
Завернув по дороге на кухню, и прихватив тарелку с уже остывшими оладьями, Пол направился к лифту.
Медсестра, чье любвеобильное сердце подсказало ей, что ее возлюбленный-на-сегодня может сбежать, уже преследовала его, тяжело топая по коридору, с криком, будящим все отделение:
- Куда же ты, подлец, убегаешь?
Келлерман успел вскочить в кабину вовремя подъехавшего лифта, и послал медсестре воздушный поцелуй в щель меж закрывающихся дверей.

Вернувшись в «Далет», Келлерман не стал заходить в комнату Линка и Тани. Долетевшие до его уха приглушенные стоны подсказали Полу, что там ему будут совсем не рады.
Пустых палат в «Далет» было в избытке. И в одну из них Пол потащил свою добычу, аки хищник в логово.
Адреналин, разбушевавшийся, пока он уходил от погони, усугубил аппетит. И Пол, усевшись на койку, принялся уплетать оладьи за обе щеки, вымазывая пухлые губы в сметане.
- Кажется, Келлерман вернулся. Ты слышал? – Таня лежала, забравшись Линку под мышку, и гладила кончиками пальцев его широкую грудь.
- Лучше б он не возвращался! – Пробурчал Линк, и сгреб Таня в охапку, прижимая к себе крепче. – Что делать, ума не приложу? И Майкл, как назло, не отвечает…
- Т-с-с-с… - Таня приложила палец к его губам. – Слышишь?
Из коридора доносились звуки шагов. Там кто-то ходил.
- Слышу! – Линк вскочил с койки. – Полежи пока. А я пойду гляну, кто там.
Натянув белые форменные штаны, Линк выглянул из палаты.
Он ожидал увидеть в отделении Ахмеда с друзьями. Но вместо них по коридору кралась пышнотелая медсестра-блондинка.
Завидев Линка, она остановилась. Стала разглядывать его прищурившись. Этот, конечно не доктор, но тоже хорош.
- Привет! А ты кто? – Медсестра подошла поближе.
Из-за спины Линка выглянула Таня.
- Анжела, что тебе тут надо?
- Этот – твой?
- Мой! – Таня кивнула. - Иди, милый! – Таня пихнула Линка легонько в бок, вталкивая его обратно в палату. – А ты здесь что забыла?
- Доктора ищу. Больному плохо. – Медсестра облизнулась.
- Шла бы ты в свое отделение, Анжела!
- Ты меня не видела – я тебя тоже! – Медсестра подмигнула.
- Легкого дежурства! – Таня закрыла дверь. – Анжела положила глаз на Келлермана. – Задумчиво произнесла она, обращаясь к Линку. – Ходит, ищет его. Келлермана ожидает горячее дежурство. – Таня подмигнула.
Лицо Линка расплылось в злорадной улыбке.

- Ну куда же вы убежали, доктор?
Голос Анжелы заставил Келлермана поднять глаза от тарелки. Она стояла в дверном проеме, облокотившись на косяк, и потягивалась, как кошка.
- Кушать очень хотел. – Пол взмахнул ресницами, и наивно улыбнулся.
- У меня тоже аппетит! – Анжела провела языком по ярко накрашенным губам. – Такой аппетит!
Анжела плюхнулась на койку, рядом с Полом. Тарелка с последней оладьей подпрыгнула в его руках, и оладушек, описав дугу в воздухе, упал на покрывало кровати. Пол тоскливо вздохнул.
Пухлые пальцы Анжелы подобрали оладий, и понесли его к ее жадному рту. Но на полпути Анжела передумала, и сунула оладушек в рот Келлерману.
- Кушай, мой сладкий! Тебе понадобятся силы!
Пол пережевывал оладий. А Анжела выпирала ладонью его губы, жирные от сметаны.
- Что же ты так измазался? Совсем как маленький мальчик!
Руки Анжелы обхватили Пола за шею.
- Мы не имеем права… - Пролепетал Пол. – Мы же на дежурстве. Мы несем ответственность за жизнь больных. – Что там Сара говорила когда-то про клятву Гиппократа? – А если что-то случится?
- Ничего не случится!
Анжела повалила Келлермана на койку, навалившись на него своим богатым горячим телом. Ее пальцы уже пролезли под футболку Пола, и гладили его покрытый волосками живот.
- Убери, пожалуйста, с меня свою грудь! Она очень горячая! Мне нечем дышать! – Проговорил Пол сдавленным голосом. – А видишь этот синяк? – Пол показал на темное пятнышко слева от пупка. – Это твой щепок!
Анжела лишь плотоядно улыбалась в ответ. Ее шаловливые ручки уже стягивали с Келлермана шорты.
Внезапно на помощь Полу пришел обормот Лэнс.
- Милая, прости! – Он поймал своими ладонями ее пухлые ручки, убирая их в сторону. – Прости! Ничего не получится! Я не люблю женщин.
От неожиданности Анжела прекратила атаку. Растерянно захлопала ресницами, которые даже будучи накрашенными, не могли конкурировать с ресницами Пола.
- У меня есть любимый мужчина. Дэнни. – Продолжал Келлерман.
В глазах Анжелы блеснули слезы.
- Ты очень привлекательная! – Ласково проговорил Пол. Взял Анжелу за руку, погладил ладонь большим пальцем. – Если б мне нравились женщины, я бы в тебя влюбился. – Келлерману не хотелось обижать медсестру. Почему то вспомнилось, как его не единожды отвергала Керолайн.
Анжела обвела тоскливым разочарованным взглядом божественное тело Пола. Ее глаз зацепил внушительную выпуклость под его шортами. Она кокетливо подмигнула.
- А вот твой дружок ничего не имеет против женщин! – Её горячая пухлая ручка легла на привлекательную выпуклость Пола. – Я ему понравилась!
Келлерман дернулся.
- Тихо-тихо, мой сладкий доктор! Расслабься, и получай удовольствие! Я сама все сделаю. – Горячее дыхание Анжелы обжигало живот Пола. – Обещаю, после нашей ночи ты больше не захочешь мужчин.
Анжела приблизила лицо к паху Пола, пачкая его шорты своей яркой помадой.
Размеренный скрип металлического каркаса больничной кровати нарушал тишину пустого отделения. Таня и Линк, смущаясь страстных стонов и выкриков Анжелы, вышли на балкон. Их встретила прохладная мгла предрассветного часа. Ночное небо сливалось с темным морем, размывая горизонт.
Тяжело ступая, и на ходу застегивая больничный халат, по коридору в сторону лифта протопала Анжела.
Таня и Линк вернулись в отделение. Проходя мимо палаты Келлермана, они нашли агента сладко спящим на больничной койке. Пол, едва прикрытый простынкой, посапывал и причмокивал во сне, подложив ладонь под щечку.
- А может, нам смотаться, пока он спит? – Прошептал Линк.
Таня приложила палец к губам.
- Мы не можем уйти раньше рассвета. – Прошептала она Линку, когда они вышли в коридор. – Но нам нужно быть наготове.
Серый свет занимающегося утра пробивался через жалюзи, освещая палату.
На минарете мулла протяжно затянул свою тоскливую молитву, приглашая правоверных мусульман встретить новый день обращением к Аллаху.
- Пора! – Проговорила Таня, подхватив сумку. Линк уже успел переодеться в свою гражданскую одежду.
Но в этот момент пороге появился Келлерман, сонно потирая глаз кулаком. Костюм Пола, такой наглаженный и аккуратный утором, был теперь совсем измят, и перемазан помадой. Таня невольно улыбнулась.
- Который час? – Проговорил Пол охрипшим спросонья голосом.
- Рассвет. Нам пора.
- Поехали за пленкой! – Пол зевнул.
- Тебе все еще нужна пленка, Келлерман? Зачем? – Линк усмехнулся. – Оставайся здесь! Со своей новой подружкой! Плюнь ты на Керолайн, и на эту пленку!
- Поговори еще у меня! – Пол показал Линку могучий кулак.
- Снова начинаете? – Таня легонько стукнула Пола ладошкой по кулаку. – Поехали!
Линк потер рукой бритую голову.
- Пошли, что ли?
Линк, сев за руль Таниной машины, вывел ее со стоянки. В больничном дворике было пусто. Их арабские тюремщики оставили свой пост, и ушли в мечеть.
Машина, не встретив препятствий, свободно выехала на улицу, увозя Келлермана, Линка и Таню из больницы…

Октябрь-Ноябрь 2008

@темы: Линкольн Барроуз, Побег, Пол Келлерман, Фанфикшен

19:54 

Чикагская (Filk)

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Чикагская (Хочу чаю)
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Parody Filk
- Персонажи и пейринги: ЛиТа: Линкольн\Таня.
Упоминание Майкла Скофилда, Керолайн Рейнольдс, а также всех сотрудников Компании и кадрового состава Фокс Ривер
- Рейтинг: PG-13
- Статус: законченно
- От автора: Я люблю эту песню не столько в исполнении Чижа, столько в исполнении друзей под гитару.
И, как это уже бывало, после допинга, эта песня превратилась в очередной филк.

Он не бымший наркоман,
Мафии не уполномоченный
А он с юности такой –
Компаньей замороченный.

Он блатной чикагский парень,
Морды бил, да виски пил
А лиха беда случилась -
Комитет его забрил.

А суд недолго продолжался -
Присудили казнь ему.
Чтоб идти против Компаньи
Неповадно было никому.

Ой, хочу чаю - аж кончаю -
Чаю кипяченого!
Ой, не инженера я люблю,
А на смерть осужденного!

А целовать бы мне милого
В его ясные глаза.
Ой, Рейнольдсовская зараза,
Эх, до чего ж ты довела!

Ой, мама, долгая дорога,
Да чикагская тюрьма -
На три года одиночка,
Стул, потом бега.

Вертухаи лютовали,
Душу измочалили.
Ну я все тосковала.
Эх… Хочу чаю я…

Хочу виски! Дайте виски,
Чтобы боль свою залить.
Ох, не простое это дело -
Заключенного любить.

Июнь 2009

@темы: Линкольн Барроуз, ЛиТа, Self-Insertation, Побег, Фанфикшен, Юмор

20:24 

Фиолетовая ночь

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Фиолетовая ночь
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX.
- Категории: Het Drabble, Fluff, Romance
- Персонажи и пейринги: Эл Джей Барроуз\София Луго, упоминание Линкольна Барроуза-старшего (куда же я без него)
- Рейтинг: PG-13
- Сеттинг: сезон 4
- Статус: законченно
- От автора: Премьера пейринга! На русскоязычном фандоме я подобного не встречала. Да и на англоязычных не густо.

Эл Джей лежал на мокрой от пота простыне без сна. Вдыхал влажную духоту фиолетовой тропической ночи. В Чикаго ночи серые, а в Панаме фиолетовые. Он никогда бы не поверил, если б сам не увидел.
Восторг от вечного лета давно иссяк, оставив после себя лишь усталость от нескончаемой жары. Эта жара не оставляла даже ночью. Раскаленное дневное солнце не жгло, но прогретый воздух не желал остывать. Ночь не несла прохлады и успокоения. А лишь накрывала город своей фиолетовой непроглядной занавесью.
Эл Джей встал с кровати. Осторожно и тихо, чтобы не разбудить Софию.
Простыни сверкали белизной в темноте ночи. А ее стройное тело на их фоне казалось бронзовой статуэткой.
Эл Джей вышел на террасу, опоясывающую их многоквартирный дом. Под горшком с полузасохшим фикусом спрятана пачка сигарет. Эл Джей щелкнул зажигалкой. Закурил. Выпустил клубок дыма в фиолетовую пустоту. Затягиваясь сигаретой, он казался самому себе взрослее.
Сегодня звонил отец. Эти звонки выбивали Эл Джея из колеи. Он боялся их, нервничал. Линкольн-старший рассказывал, что Сара жива, что дядя Майкл заболел, возможно, серьезно. Каждый раз отец говорил, что они близки к развязке, что скоро все закончиться. Но от волнения Эл Джей не слушал отцовских фраз. Думал только о том, как бы не сказать лишнего, не проговориться, не запутаться. Хотя он и так уже совсем запутался.
Странное дело, Линкольн-старший звонил все больше на мобильник, и заставал Эл Джея одного. Эл Джей не знал, говорил ли отец с Софией. Она молчала. А спрашивать он боялся.
Раз в неделю Линкольн-старший присылал деньги. Завтра нужно сходить в банк. Каждый раз, получая отцовские деньги, Эл Джей казался себе маленьким и глупым. Не самостоятельным. Не настоящим мужчиной.
Дней десять назад Эл Джей устроился на работу в магазин. За первую неделю заплатили сущие гроши. Хотя вместе с отцовскими деньгами у него получился неплохой бюджет. Хватит, чтобы пригласить Софию в кафе вечером, или сводить в клуб, и купить ей в подарок какую-нибудь безделушку. Эл Джею казалось, если он будет постоянно показывать Софии, как он ее любит, будет постоянно баловать ее, то и она в ответ будет любить его сильнее.
Эл Джей не смог бы точно сказать, когда это началось. Возможно, в плену у Компании, когда он уговаривал Софию не бояться Сьюзан. А у самого останавливалось сердце при воспоминании о том, что эта женщина сделала с Сарой. Но он старался не показывать своего страха. В глазах Софии Эл Джей непременно хотел выглядеть смелым.
А может все началось в госпитале, когда раненная София лежала на больничной койке, слабая и беспомощная. Ее обычно смуглая персиковая кожа была такой невыносимо бледной. И эта бледность резала глаза. И сердце.
Эл Джей искренне радовался, когда Линкольн-старший забрал Софию из больницы домой, в квартиру, которую они сняли в Панама-Сити. София, такая красивая, нежная и добрая теперь будет жить с ними. Будет частью их семьи, их жизни. Но почему-то глядя, как отец обнимает ее, Эл Джей ощущал, как что-то ранее незнакомое колит в груди, мешая дышать. И он мучился своими чувствами, не находя им объяснения.
Все перевернулось в тот страшный день, когда Линкольн-старший убил человека Компании, и был тут же арестован. Они вернулись домой с рынка вдвоем, без отца. София билась в истерике. Эл Джей старался ее успокоить. Обнимал, гладил по шелковистым волосам. А в следующую секунду ее бархатные губы нашли его. Будто очнувшись из забытья, Эл Джей вдруг сообразил, что его пальцы теребят ее коричневый сосок. И его поглотила фиолетовая тропическая ночь, обволакивая вязкой страстной влагой.
- Эль Джеей! – Донеслось из спальни. София произносила слова нараспев, превращая его имя в колоритное ласковое слово, смысл которого известен лишь им двоим.
Он сделал последнюю затяжку. Выбросил сигарету во двор, проследив за дугой, которую описал в воздухе летящий огонёк. Сигарета погасла, не достигнув земли.
Эл Джей побрел обратно в спальню, и тропическая ночь сомкнулась за ним своими фиолетовыми шторами.

Ноябрь 2008

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз

18:18 

Письмо Линкольну

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Письмо Линкольну
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: FOX
- Категории: Приквел в фанфику "Холодный ветер Чикаго"; Self-insertation
- Персонажи и пейринги: ЛиТа: Линкольн Барроуз\Таня Колесниченко (я)
- Рейтинг: PG
- Сеттинг: после 1х17
- Статус: Законченно
- От автора: Это мой первый рассказ, написанный после пятилетнего перерыва. Первый фанфик, вдохновленный «Побегом». Линкольн пробудил во мне что-то, что я считала давно уснувшим навсегда. Это также первый рассказ, который я опубликовала, предоставив прочитать его публике. Это мой первенец во многих отношениях. И поэтому он мне по-особому дорог.
Идея родилась благодаря фильмам «Калина красная» и «Ураган».

They came for him one winter's night.
Arrested, he was bound.
They said there'd been a murder,
His pistol had been found.
Over the hills and far away,
For three long years he'll count the days.
Over the mountains and the seas,
A prisoner's life for him there'll be.


Здравствуй, Линкольн!
Я долго думала над обращением, и решила, что «Здравствуйте, мистер Барроуз!» будет слишком официально. Так обычно начинаются холодные бездушные письма из казенного дома. Если ты решишь, что обращение по имени фамильярно и не уважительно – я искренне прошу у тебя прошения.
Я начну с того, что представлюсь. Иначе будет просто невежливо.
Меня зовут Таня. Мне 29 лет. Я родилась в Одессе, в бывшем Советском Союзе.
В 17 лет я переехала в Израиль. Я получила право на израильское гражданство как внучка Праведницы Мира. Моя бабушка спасала евреев от нацистов во время Второй Мировой Войны.
В Израиле я прожила больше десяти лет. Получила образование. Работала социальным работником в больнице и в доме престарелых.
У меня подозрение, что ты, наверняка, не любишь социальных работников. Возможно, из-за этого ты отнесешься ко мне предвзято. И я могу это понять. Ведь очень часто, стараясь помочь, так легко нанести вред. Так легко принять решение за слабого, например, за ребенка, и сломать ему этим жизнь. Именно поэтому я никогда не работала с детьми и подростками.
В Соединенных Штатах я живу уже два года. А в Чикаго попала случайно. Переехала в поисках работы, но не преуспела. Не хватило знания английского языка, чтобы работать по профессии. Работаю в закусочной.
Моя семья осталась в Израиле, и в Чикаго у меня пока очень мало друзей.
Я приняла решение написать тебе письмо, потому что верю, что ты невиновен. Верю, что ты был осужден несправедливо и незаслуженно за преступление, которого не совершал. И я решила, что ты должен знать, о том, что есть люди, или, по крайней мере, человек, который верит в твою невиновность.
Несколько дней назад я увидела репортаж о тебе по телевидению. Важно сказать, что я принципиально не смотрю новости ни по телевидению, ни в интернете, и не читаю газет. Этот репортаж я увидела случайно, и не смогла остаться равнодушной.
Сначала я увидела на экране фотографию очень красивого мужчины. Прислушалась из любопытства. В репортаже говорилось, что этого мужчину, то есть тебя, приговорили к смертной казни за убийство, и был назначен день приведения приговора в исполнение. Но случился абсолютный прецедент, казнь отменили в связи с открывшимися новыми обстоятельствами.
Я была в шоке от услышанного. В больнице в Израиле, мне приходилось работать с терминальными больными. Те из них, кто находились в сознании, понимали, что умирают. Но никому не дано знать часа своей смерти. И я с ужасом думала о том, что ты должен чувствовать, зная точный день и час, когда уйдешь из жизни. Как продолжать жить, когда точно знаешь, когда твоя жизнь оборвется? Сколько нужно смелости и душевных сил, для того чтобы ежедневно делать самые простые элементарные банальные вещи. Сколько смелости и душевных сил нужно, чтобы продолжать жить и не думать о смерти. Мы дышим, ходим, едим, разговариваем – это ведь все так просто. Но это так сложно, когда смерть стоит на пороге и стучится в дверь. И каждая новая минута, каждая новая эмоция, каждый новый момент, когда ты чувствуешь себя живым, радуясь ли солнцу, общаясь ли со своими близкими, предаваясь ли воспоминаниям – каждый раз это новая победа над смертью.
После этого репортажа я принялась искать информацию о тебе в интернете. Ведь когда тебе арестовали, и когда шли судебные слушанья, меня еще не было в Соединенных Штатах.
По началу, еще не очень разобравшись, я думала, что, вероятно, ты убил Терренса Стедмена. Я размышляла о том, насколько плохо относились к тебе на работе, и до какого стресса тебя довели, раз ты так сорвался и решился убить босса. Должна признаться, что жизнь не побаловала меня хорошими начальниками, и некоторых из них с бы с удовольствием пристрелила.
Но почему такой суровый приговор? Ведь это могло быть только эмоциональное убийство в состоянии стресса. Ведь часто бывает, что преступники, совершившие и гораздо более тяжкие преступления, получают наказания менее суровые.
А не по тому ли, что убитый - брат вице-президента? Но где тогда демократия? Где тогда равные права для всех?
К тому же я много размышляла, о том, почему ты не признал себя виновным. Ведь американская система исполнительной власти снисходительна к раскаявшимся. Чистосердечное признание облегчает наказание. И признавшись, можно заключить сделку и выторговать себе более мягкий приговор. Почему же ты этого не сделал?
И вдруг я совершенно отчетливо поняла, что ты невиновен. Эта мысль такая простая и естественная, почему я не поняла этого раньше? Ты не хочешь заключать сделок, ты хочешь добиться справедливости, не хочешь нести наказание за преступление тобой не совершенное.
Я читала скупые строчки в интернете, и совершенно ясно видела, что все это дело шито белыми нитками. А ты не совершил никогда проступка, за который заслужил бы сидеть в тюрьме в ожидании смертной казни.
Это все неправда, что невиновный человек не может попасть в тюрьму. От тюрьмы и от сумы не зарекайся. Никто из нас не застрахован ни от тюрьмы, не от больницы. Я сама однажды стала свидетельницей того, как на невиновного человека надели наручники, арестовали за то, чего он не делал. Кто-то, гораздо более сильный, отомстил ему за оскорбление собственного эго. Так и ты, за тебя некому заступиться, и на тебя повесили чужую вину.
Линкольн, я пишу тебе это письмо, но не знаю, что тебе сказать. Я не знаю, как найти слова, которые бы тебя утешили и поддержали. Я не знаю, как найти слова, которые помогли бы тебе бороться с кошмаром, который каждый день тебя окружает. Я тебе искренне глубоко сочувствую, но разве может мое сочувствие по-настоящему помочь?
Я искренне хочу помочь тебе, Линкольн. Скажи мне, что я могу сделать. Я никогда не спрашиваю, чем помочь. Я сама всегда знаю, что делать и когда. Но сейчас я совершенно растерянна, я совсем не ориентируюсь в этой американской жизни, и только мечусь бестолково, как слепой котенок. Скажи мне, что сделать, чтобы тебе помочь. Пожалуйста. И я обещаю, что найду возможность сделать все, что нужно.
Линкольн, я по натуре атеист. Я не принадлежу ни к одной религии, не хожу ни в церковь, ни в синагогу, ни в другие молельные дома. Не праздную религиозных праздников, не справляю религиозных ритуалов. Но верю, что есть сила во вселенной, которая всем управляет. Теперь я каждый день молюсь за тебя, и прошу у всех сил в этом мире помочь тебе, отвести от тебя беду, и не позволить ничему плохому с тобой случиться.
Я бы хотела тебя увидеть, приехать навестить тебя. Но не уверенна, что ты захочешь. Возможно, ты не захочешь тратить время на малознакомого человека, и предпочитаешь проводить его с близкими. Я пойму, если так. Но если ты все же согласишься на мой визит, я буду рада приехать в любое удобное для тебя время.
Я бы хотела тебе что-то принести. Может быть, что-то приготовить специально для тебя. Я не знаю, разрешено ли приносить еду в американские тюрьмы. Если тебе что-то нужно, если ты хочешь, чтобы я что-то принесла, просто скажи мне. Я все принесу. Даже если это запрещено, я найду способ протащить.
Линкольн, я желаю тебе побольше сил, чтобы держаться, чтобы не утонуть в этом кошмаре, который окружает тебя. Я желаю тебе побольше сил, чтобы просто продолжать жить. Это так просто и так сложно. Если бы я только могла отдать тебе свои силы. Ты только держись, Линкольн…

С искренней симпатией,
и с искренним сочувствием,
Таня

P.S. Я вложила в письмо конверт с маркой, чтобы тебе было удобней отправить мне ответ. Я буду очень рада его получить.

Июль 2008

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз, ЛиТа, Self-Insertation

18:25 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
18:34 

Позвони мне, позвони

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
- Название: Позвони мне, позвони
- Автор: Tarosya
- Фандом: Побег
- Дисклаймер: Все персонажи принадлежат FOX. Но, может они согласятся отдать мне Линка в добрые руки?
- Категории: Эпилог в фанфику Холодный ветер Чикаго; Het Self-insertation
- Персонажи и пейринги: ЛиТа: Линкольн Барроуз\Таня Колесниченко (я)
- Рейтинг: PG
- Сеттинг: 2х20
- Статус: Законченно

Wish You Were Here.
Me, oh, my fugitive man,
Wish You Were Here...
I wish you were here...
Don't you know the wind is getting colder?
And I miss you like hell...
And I'm feeling blue...
I miss your laugh; I miss your smile,
I miss everything about you...
Every second's like a minute,
Every minute's like a day
When you're far away...
The wind is getting colder, baby,
I Wish You Were Here...
A battlefield of love and fear,
And I Wish You Were Here...


Бывает, что ты все время находишься в ожидании какого-то события. И в этом ожидании ты, как в коконе. Ты этим ожиданием дышишь. Ты меряешь его ударами своего пульса. Ты ждешь следующей секунды бытия, потому что надеешься, что именно в эту секунду все произойдет.
Но в тот момент, когда ожидаемое случается, оно все равно застает тебя врасплох. И удивляет тебя не меньше, как если бы ты и ждала вовсе.
Вот и я вздрогнула от неожиданности, когда зазвонил телефон. На экране высветился незнакомый номер. Но сердце забилось сильней - я догадывалась, кому он мог принадлежать.
- Алло!
- Таня?
Я узнала звонящего. Линкольн. Его голос не смог исказить даже посторонний шум в трубке. Этот мужской голос, гортанный, чуть с хрипотцой. Такой грубоватый, каким и сам Линк иногда бывает.
- Линк, милый, ты?
- Он самый, детка! Как ты?
Я представила себе, как Линк сейчас поджимает губы.
- Когда я работала в больнице, писала в файлах больных «Состояние стабильное и удовлетворительное». Вот так и я.
- Это хорошо, детка. Ты держись.
- А у самого как дела?
Линк на несколько секунд замолчал. И плохое предчувствие пробежало по нервам холодной волной страха.
- Таня, помнишь, я говорил, у нас с братом есть дело?
- Да.
- Ничего не вышло. Ничего не выгорело, детка. И теперь нам надо исчезнуть, скрыться. Мы уезжаем, маленькая.
Линк немного тяжело произносил слова. Говорил, будто тяжело ступал.
- Где ты? Я успею приехать попрощаться?
- Корабль отходит через десять минут.
- Я поняла. Не успею.
Линк звонил попрощаться. И увидеться мы не успеем. Я его не увижу. Плохое предчувствие, закравшееся мне в душу, взорвалось внутри льдинками тоскливой боли.
- Мы до последнего верили, что выгорит. А теперь у нас не осталось времени.
Линк понизил голос. Заговорил тише, и от этого более хрипло. Мне показалось, он оправдывается.
- Я понимаю, родной. Ты все правильно делаешь. Тебе нужно уехать как можно дальше. Далеко-далеко уехать, чтобы тебя не догнали и не нашли.
- Таня, я хотел попрощаться. Не хотел так уезжать. Хотел сказать тебе, что у меня все нормально.… И еще, что я о тебе думаю.
Линк стал говорить тяжелее. Каждое слово тяжелое, как камень.
- Я очень рада тебя слышать, родной.
Я старалась говорить легко, чтобы и Линку стало легче. Ведь он сейчас чувствует так же тяжело, как и говорит. А у самой рвало сердце от грусти.
- Таня, я с тобой свяжусь, когда это будет безопасно, ладно?
- Конечно! Я буду ждать.
Линк часто облизывает губы, когда говорит. И я представила себе, как он сейчас проводит языком по обветренным губам.
- Таня, я тут подумал, это… может, ты мерзнешь в Чикаго? А там, куда мы едем, будет тепло. Солнце, море, пляжи, пальмы… Может, ты захочешь ко мне приехать?
Приеду! Прилечу! Приплыву! Пешком прейду! А не смогу идти – приползу на брюхе…
- Захочу, милый. Ты мне только скажи, где ты будешь, и я найду способ туда добраться. И знаешь еще что? Даже если там не будет моря и пальм – я все равно приеду.
Я почувствовала, как Линк улыбнулся. Услышала его улыбку.
- Отлично, детка! Я тебя буду ждать. Я тебе позвоню, когда будет безопасно. Обещаю. – Линк несколько секунд молчал. Я почти видела, как он снова облизнул губы. – Я скучаю, детка…
- Я тоже, милый. Тоже скучаю.
- Ладно, маленькая, мне пора заканчивать. Корабль уже отчаливает. Ты береги себя.
- Ты тоже, родной! Легкой тебе дороги. Целую тебя.
- Я тебя тоже целую, детка.
Щелчок. И трубка затихла в моей руке. А я прижимала ее к уху, сцепившись с нее пальцами до боли в костяшках, будто она еще что-то могла мне сказать.
Холодный ветер, хозяйничающий на улицах уже несколько дней, казалось, залетел мне в душу. И разгулялся там своим тоскливым воем. Стонал и плакал ледяным отчаяньем одинокой боли.

Август 2008

@темы: Фанфикшен, Побег, Линкольн Барроуз, ЛиТа, Self-Insertation

22:01 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
18:59 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
00:04 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
14:52 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:47 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL
20:25 

lock Доступ к записи ограничен

Тиха и спокойна глубина моего океана, и кто бы угадал, что она скрывает смешных чудовищ
Закрытая запись, не предназначенная для публичного просмотра

URL

Королева Дождей

главная